Огненноликая

Значит, эти малолетки обладали некими дарами. Интересно, какими именно? И что означали его последние слова? Что он удивлен тем, что я не поддаюсь этим способностям, или что и у него есть некий дар? Любопытство меня распирало, но я понимала, что он вряд ли мне все выложит.

— У тебя тоже есть дар? — спросила я, пристально взглянув ему в глаза.

— Возможно, — ответил он уклончиво.

— А что за дары у них? — кивнула я в сторону близнецов.

— О, у них очень опасные дары, так что тебе повезло с твоим даром, — сказал он, снова заставляя меня мучиться от любопытства.

— Если старейшины сочтут, что ты ценна для них, они даруют тебе жизнь, но в этом случае ты должна будешь поступить на службу к Вольтури. Так что если хочешь жить, придется тебе постараться доказать свою ценность, детка.

— А тебе-то что с того? — вызывающе брякнула я, и видимо это было достаточно громко, чтобы на мой голос как по команде обернулись близнецы.

Деметрий не ответил, только пожал плечами, в его колдовских глазах плясали самодовольные чертята.

Из Флоренции в Вольтерру мы снова ехали на автомобиле с тонированными окнами. День клонился к закату. Небо, освещаемое лучами кровавого предзакатного солнца, казалось багровым. Когда мы достигли города, огненно-красный диск солнца уже опустился за горизонт.

Город, окруженный древними мощными стенами, располагался на вершине высокого холма. Мы поднялись по извилистой дороге к воротам города, затем проехали по бесконечным лабиринтам улиц с арками и наконец достигли старинной площади с массивным и мрачным дворцом в готическом стиле.

Выйдя из машины, мы проникли во дворец через неприметную железную дверь сбоку от главного входа.

Деметрий по собственному почину решил стать моим гидом.

— Город насчитывает больше 2,5 тысяч лет. Он был основан еще в VII веке до нашей эры этрусками — ребятами, которые хозяйничали на полуострове до расцвета Римской империи, — рассказывал он, ведя меня по лабиринтам дворца.

Эта инициатива Деметрия явно была не по душе Джейн, она пару раз выразительно фыркнула, однако открыто свое недовольство не высказала. Алек же выражал полное безразличие ко всему.

— Как же вы здесь столько лет живете, не раскрывая себя? Где вы охотитесь? — спросила я, вновь не сумев сдержать любопытства.

— Я бы сказал — не лет, а столетий, владыке Аро уже более 3 тысяч лет.