Ведьма и ее питомцы

По моему плану она должна была обрушиться прямиком на голову нахала, рискнувшего без приглашения переступить порог ведьмовского жилища.

Но палка оказалась остановлена цепким захватом. Я дернула метлу на себя, она не сдвинулась с места.

Маг улыбнулся широкой белозубой улыбкой. Невыносимый тип.

— Добрый день, ведьма, — вежливо поздоровался он. — Я стучал.

— Я знаю.

Мерлин самым светским тоном продолжил:

— Признаться, я в недоумении, с чего бы зиме наступить настолько внезапно. Да еще с такими выдающимися сугробами.

Мы так и стояли, перетягивая метлу.

— А с того, — пыхтя и отдуваясь, сообщила я, — что сегодня у меня по плану зима. Завтра уже начнется весна.

Он неожиданно разжал руку, и мы с метлой рухнули на пол. Это было довольно унизительно.

— Как? Ты смеешь вмешиваться в естественные циклы смен времен года? Это же запрещено Вестфалнакской конвенцией от 1689 года.

Вот. Начинается. Именно поэтому я уехала сюда, чтобы не слушать все эти нудные речи про конвенции и про «можно» и «нельзя».

Я уже начинаю ощутимо скучать по старому чернокнижнику. Его не волновали такие мелочи, как смена времен года.

— Форсированная смена циклов может привести…

— Пришел ко мне в дом и давай навязывать свои магические принципы, — огрызнулась я. — Нет, Мерлин, который никакой не мерлин, тут на много миль вокруг действуют мои правила.

Я поднялась и поудобнее перехватила метлу. К чему приводит доброта: подашь человеку воды, а он на следующий день вламывается к тебе домой и начинает поучать на тему погоды.

— Ты хоть знаешь, что в этих местах зима длилась почти восемь месяцев? Это вообще нормально? Как по мне — чистый бред. Если природа бредит — это не значит, что нужно все пустить на самотек, — попыталась я воззвать к разуму.

Его глаза гневно блеснули. Маг выпрямился во весь свой нехилый рост и посмотрел на меня сверху вниз. Но ничего, мы не гордые. Я взяла табурет, пододвинула его поближе и встала на него. Теперь я даже чуточку возвышалась над магом.

— Тут. Мои. Правила, — весомо сказала я.

— Больше нет, — кинул он. — И хоть меня поместили сюда не по моей воле, я наведу здесь порядок.

Он развернулся и направился к двери.

— Да чтоб ты провалился, — в сердцах сказала я.

И знаете что? Он провалился. Клянусь, я его не проклинала. Нет, я все-таки еще не достигла такого уровня бесстрашия, чтобы проклинать мага в открытую. Я бы сделала это попозже, по-тихому. А это была всего лишь эффектная фигура речи.