Пройдя сквозь Отражение

Так и по какому поводу пижамная вечеринка? — Очередной глоток мягко проскользнул в желудок. Вкусно, нет, правда.

— Да вот размышляем, как пособить тому месту, откуда этот вот почитатель арманьяка, — прорицательница возлегла на кушетку. Угу. Значит, не мои галюны, он взаправду тот самый. И что за древнюю историю поведает, наш малоречивый хрипун?

— А что, есть в чём помогать? Или гость о чём-то успел поведать вам, чего не знаю? — Я забрала ещё шматок рыбки. — Да и вообще, вы, как погляжу, успели познакомиться. Меня не хотите просветить, как зовут эту невидаль природную?

— Ха, сейчас мне понятно, зачем Баш надирается.

— Низким, но уже не сиплым голоском, отпустил сероглазый. О как, чисто мужская солидарность заговорила.

— Ну, почему мой ненаглядный друг огненной водой заливается, ему виднее, — лениво протянула в ответ. — А вы с темы не сползайте. Я невероятно внимательна сегодня.

— Говорил тебе, стерва ещё та, — пробурчал Баш, пьяненько икая. Ошалел, вероятно, бедолага, раз меня так красиво означил.

Главное, столько лет дружбы и понимания, и здрасьте вам — я стерва.

— Вот и замечательно. Та самая, которая, по имени Айлия. Вас как кличут, досточтимый? — Надо же знать, с кем глушить.

— А ещё ты резкая, и бегаешь хорошо. Да и удар у тебя поставлен, как надо. Мне потом лёд потребовался, чтоб ходить нормально. — Недоумение на моём лице сменилось на понимание. Вот и отгадка ночного приключения.

— Не будешь цапать беспомощных барышень за ручки.

— Это ты беззащитная? Ну-ну, не хотелось бы узнать, как ты лупишь, когда готова.

Синяк был бы роскошным, — удивительно, меня это быстрее смешило. Чем побуждало извиниться.

— Отцовское наследство не обморозил? Нет? Ну и прекрасно. Так как величать тебя, не пойми кто?

— Мдя, трудно с тобой, что в действительности, что во снах. Райцер или Райц, как удобно, — представился он. Какое имечко подходящее.

— Райц значит, ну, просвещай меня. Дабы быть, так сказать, в понимании обстоятельств, — подлила себе арманьяка и плюхнулась на кушетку, к Малисе.

Она задумчиво курила, неспешно выпуская дымную струю. Теперь это был аромат хорошо выдержанного, южного табака. Уселась поудобнее, продолжая рассматривать ходока. Нет, Райца.

— Они уже слышали, расскажу для тебя. Видала наше синее солнце? Так вот, пару столетий назад, приключилась незначительная, для небесных покровителей моего мира, историйка. Ты уже знаешь, примерно, кто и как прозывается. Син бог луны, Уту — солнца, Энлиль —родоначальник всего живого.