Пройдя сквозь Отражение

Я не булочку к чаю выбираю так-таки, — двинулась к входной двери., но остановилась и продолжила. — Как восстановишь, позови. Я подумаю, пока что. Кстати, спасибо за чай. Удачи, — с этими словами вышла к Башу, что дожидался под моросящим дождём.

Глава 7

Густой дым подымается от бронзовой курильницы, формируясь в причудливые фигуры и вздымается к расписному потолку. Я разлеглась на пухлых, расшитых подушках. Толстый, из верблюжьей шерсти ковёр с шелковой вышивкой, покрывает пол. Ажурные светильники, с экранами из витражного стекла, добавляли атмосфере таинственности.

Воздушные занавеси из органзы и узорчатого виолевого тюля прячут окна. Розовые и белые цветы сливы плавают в чашах — пиала. Столик из орехового дерева со всех сторон окружён валиками из малинового и персикового бархата. На посеребренном подносе стоит изящный кувшин с узким горлышком, несколько миниатюрных стеклянных бокальчиков, в виде цветка тюльпана. На блюдах разложены лакомства из Эль-Машрика и восточных провинций. Баш, облокотившись на валик, попивает рубиновый чай, одновременно пробуя фисташковый шербет. Я наполняю стаканчик только что приготовленным напитком. Ирга, чай из её листьев здорово помогает при нервишках. В особенности с мёдом и гранатовым соком. И угомонюсь, и здоровье чуток подправлю. Поблагодарить, что ли, друга, за приятный вечер в этом духане? Едва открываю рот, как в комнату вступает полнотелая, но гибкая девица, невысокого роста. Естественно, с агатовыми глазками и смоляными волосами, прикрытыми воздушной вуалью. Симпатичная, что сказать. Вот здесь, как раз и «жгучий взор, и полумесяцем бровь, и губы роза, и зубки жемчуг», куда без них. Длинное, тёмно-синее одеяние, с широкой юбкой в пол. На талии, вместо опояски, легкие шёлковые шарфы. Вошедшие за ней несколько мужиков одеты в светлые рубахи и свободные штаны. Они рассаживаются в углу, прямо на ковёр, раскладывая музыкальные инструменты. Девушка застывает перед нами, взяв в руки тамбурин. Склонившись на колени, она замирает в ожидании музыки. И вот, звонко тенькают серебряные струны тара. К нему присоединяется перебор уда и переливы гануна, пробуждая тягучий и чувственный мотив, разбавляемый звучаниями зурны. Танцовщица, выгибаясь, поднимает руки над собой. Ударяет в тамбурин, добавляя мелодии ритма. Раскачивая бёдрами, она распрямляется и принимается неторопливо вращаться, газовые шарфы мягко колышутся переливаясь. Ускоряется мелодия, убыстряется дева, круги перемежаются с наклонами и ударами в бубен.