Межзвездные странники

Один из вошедших — бритоголовый полураздетый здоровенный мужлан с клеймом раба на лице взял хозяина дома за отвороты туники и, сотрясая его, прохрипел:

— Говори, малака собачья, куда ушёл демон? Где живёт это адское отродье?

— Ответствуй ему, Сын Мой, если скажешь, все останутся живы, и мы навсегда позабудем о том, что ты позволил демону искушать ваши души, — Эстапий внимательно посмотрел в глаза молодому мужчине.

Но он молчал. Эстапий подошёл к дразняще красивой жене хозяина и одним рывком сорвал с неё одежду.

Её муж быстрым движением освободился от захвата и резко ударил ногой в незащищённый пах раба. Тот, охнув, согнулся. Хозяин дома, сложив руки, словно топором, что есть силы, рубанул присевшего на корточки раба по шее. Затем он схватил, стоящее у стены, копьё и занёс его над священником. Внезапно вылетевший из темноты меч блокировал смертоносный выпад копья. Из тени неслышно вышел могучий воин в доспехах со старым шрамом, проходящим от глаза до рта через левую половину лица.

— Охолонись, эйльин! — предупредил его Торн, верная тень Эстапия.

Мужчина, увидев перед собой опытного воина, воззвал к слугам:

— На помощь!

Левая же его рука незаметно скользнула к спрятанному у пояса кинжалу. Однако воин заметил этот нехитрый маневр и ещё один короткий взмах мечом перерезал мужчине горло и он, захлёбываясь собственной кровью, упал на пол своего жилища и больше не поднимался.

— Торн, да хранят боги тебя и твою семью, ты снова спас мне жизнь. Однако, надо было прежде было узнать, где скрывается этот враг человеческого рода. Ну что же может она будет разговорчивее. Торн, попридержи красавицу. Я ей сейчас займусь.

Но умудрённый воинским опытом ветеран лишь покачал головой:

— Ты же знаешь, Эстапий, я не воюю с женщинами. Я, пожалуй, выйду во двор, осмотрюсь!

— Ну что ж иди, Торн. Эй, Схавр, ты очухался? Тогда давай держи эту стерву за руки.

Раб быстро поставил, отбивающуюся от него, вдову на колени и прижал к полу её руки. Эстапий, сбросив с себя тогу священника, грубо вошёл в женщину.

— Ты мне всегда нравилась, козочка. Давно мечтал об этой сладкой минуте.

— Скоро ты отправишься в Тартар, мерзкий насильник. Будешь вечно гореть там в адском пламени!

На шум выбежала дочка и, плача, бросилась к матери.