Ноктюрн сердца

— Тс-с-с… — охотница приложила палец к губам. — Тише, Аннет спит. Я буду в порядке.

Мария не стала пропитывать кровь священной магией: Алукард не справится сейчас с тьмой внутри. Охотница покачнулась, но оперлась на край стола и быстро перемотала запястье.

Напоив дампира и вытерев капли крови с его губ, она вгляделась в его мертвенно-бледное лицо. Он вновь выглядел таким истощенным, что у Марии заныло сердце. Она размотала перевязки и в ужасе зажала рот ладонью. Рана выглядела страшнее, чем она могла себе представить: обломки ребер торчали среди разорванных мышц, края раны сочились кровью, было видно, как шевелится сдувшееся легкое.

Вдруг ткани начали медленно срастаться, куски ребер соединялись и удлинялись, словно зная, куда двигаться, мышцы медленно покрывали полусросшиеся ребра. Но рана не заросла полностью, дампир все еще тяжело и хрипло дышал.

Мария приложила ладонь к его животу, пытаясь подпитать Алукарда магией, но он сдавленно застонал и заметался на подушке.

— Пожалуйста… — всхлипнула Пери.

— Ему больно.

Охотница отдернула руку и сочувственно спросила:

— Ты ведь все чувствуешь?

Фея кивнула и устало опустилась рядом с лицом покровителя, питая его своей жизненной силой. Мария подобрала ее, прежде чем Пери потеряла сознание, и вновь отдала ей часть жизненных сил. Закружилась голова, ноги не держали охотницу.

— Тебе нужно поесть и отдохнуть, — Пери погладила ее по ладони и залечила порез на запястье. — Аннет намедни суп сварила, очень вкусный.

***

Эти три дня казались Марии сущим адом. Едва она успевала набраться сил после укрепления барьеров, как сразу же приходилось поить дампира своей кровью. Пери уже не пыталась ее отговорить, понимала: бесполезно. Рана в груди Алукарда заживала слишком медленно, охотница подозревала, что тьма в нем мешает исцелению, но ничего поделать не могла. Он слишком слаб, чтобы изгонять яд.

Приходилось прятать свою слабость и бледность от Аннет, которая становилась тревожнее с каждым днем.

Рихтер все не появлялся, до дома Бельмонтов доходили слухи о нападениях ночных тварей в лесу.

Напоив дампира кровью и обработав рану, Мария похлопала себя по щекам и спустилась вниз, устало цепляясь за перила. Аннет сидела на кухне, глядя перед собой немигающим взглядом.

— Как ты? — тихо спросила охотница, коснувшись ее плеча.

Та сжала ее руку и, вздохнув, сказала:

— Ты, наверное, голодна. Прости, я ничего не успела приготовить.

— Все хорошо.