Ноктюрн сердца

Адриан укоризненно посмотрел на Пери, но та лишь безразлично пожала плечами. Он закатил глаза. Повисла тишина.

Охотница закончила с ранами на руках и груди и собралась спуститься ниже, но вдруг замерла. Прежде Алукард был без сознания, когда она меняла перевязки, но теперь… Она покраснела и, решившись, попыталась стянуть одеяло, но дампир удержал его.

— В этом нет необходимости, раны почти заросли, — голос прозвучал несколько холоднее, чем хотел Адриан.

— Д-да, конечно… Эм-м… Я пойду, принесу еды, — Мария неловко улыбнулась и, сгорая от стыда, выбежала из комнаты.

Адриан устало потер лицо, пытаясь вспомнить, сколько времени он провел в доме Бельмонтов.

— Три недели, — равнодушно заявила фея.

— Что? Как ты?..

— Я слышу твои мысли. Отчасти, по крайней мере, когда ты не пытаешься сознательно их скрыть от меня, — Пери взлетела и серьезно посмотрела ему в глаза. — Я думаю, тебе не следует торопиться уходить. Ты еще слаб.

— Я не хочу здесь больше находиться.

— Почему?

— Я опасен.

— Чушь.

— Я возвращаюсь, — Адриан собрался вновь подняться.

— Ты собираешься выйти в люди в одной простыне? — хихикнула фея.

— Моя одежда?..

— Твои лохмотья, — поправила Пери, — они у Марии, но если она узнает, что ты собираешься уходить, то их ни за что не отдаст.

— Там должен быть осколок дистанционного зеркала, найди его и принеси мне.

— Нет, — усмехнулась фея.

— Ты не подчиняешься моим приказам? — Адриан поднял бровь.

— Так точно, — Пери продолжала улыбаться от уха до уха. — Связи между нами ослабли, точнее, их ослабил Сен-Жермен, и я стала независимее. К тому же, я действую в твоих интересах. Ты остаешься здесь, и точка.

Адриан устало вздохнул и тихо рассмеялся.

— Не думал, что мною будет крутить-вертеть моя персональная фея. Впрочем, я сейчас слишком слаб, чтобы причинить им вред. Приступов жажды не было все это время.

— Я почувствую, если что-то будет не так, и предупрежу их.

Адриан вновь рассмеялся, и дверь отворилась. Вошла Мария, неловко балансируя полным еды подносом с ножками. Она поставила поднос перед ним и села рядом, не смея поднять на Алукарда глаза и вновь краснея. Охотница зачерпнула ложку супа и начала слишком рьяно его остужать, сдув капли бульона на дампира. Фея хлопнула себя по лбу.

— Позвольте мне самому, — Адриан деликатно забрал у нее ложку. — Благодарю.