Ноктюрн сердца

Мария подобрала крошку и отдала ей часть своих сил. Фея пришла в себя и благодарно посмотрела на нее.

***

Мария встречала их у ворот. Высокая худая женщина с длинной черной косой спустилась с повозки и направилась напрямик к дому, не удосужившись взглянуть на нее. Рихтер пошел за ними следом. Тшилаба бесцеремонно вошла в дом, окинув обстановку мимолетным взглядом, и подошла к лестнице. Вдруг она обернулась и пристально посмотрела на застывшую Аннет.

— Не корми своего малыша кашей, рано еще. Дай Саймону фенхелевой водички от колик, — бросила она, поднимаясь по лестнице.

Тшилаба опустилась на кровать рядом с раненым и пощупала его пульс, потом оттянула веко и заглянула в расфокусированный глаз, раскрыла рот и дотронулась до длинного клыка, понимающе хмыкнув. Он шевельнулся, открывая глаза, но аптекарь провела рукой над его лицом, погружая дампира в глубокий сон.

— Ты сохранила грязные перевязки, — она обернулась к Марии, — покажи мне их.

Та протянула пропитанный черным кусочек ткани.

Аптекарь внимательно его осмотрела и понюхала, задумчиво хмыкнув. Несколько минут она пристально рассматривала лицо дампира, остальные молчали, боясь ей помешать. Тшилаба обернулась к ним и приказала:

— Выходите, все, — она посмотрела на Рихтера: — Да, и ты тоже.

Аптекарь приложила ладони к груди дампира и бормотала что-то несколько минут. Нахмурилась. Ничего…

— Здесь еще кто-то есть… Покажись, — Тшилаба ласково улыбнулась, взглянув на подушку сбоку от раненого.

Фея медленно явила свой плотный облик. Та протянула к ней руку и поднесла крошку к лицу.

— Дитя Хаоса… все ясно, — усмехнулась наконец аптекарь, опуская фею и поднимаясь с кровати.

Тшилаба вышла из комнаты и направилась к двери дома. Рихтер преградил ей путь.

— Ну что? Вы знаете, как помочь ему?

— Моих сил не хватит на это…

— Тогда…

— Больной должен продержаться до полной луны, тогда придет тот, кто сможет помочь ему, — Тшилаба повернулась Марии и протянула флакон с прозрачной жидкостью.

— Две капли под язык, каждую ночь. И не прикасайся к нему голыми руками. Подпитывай его силы так же, как и прежде, через фамильяра. Но ни в коем случае не лечи напрямую, убьешь.

Тшилаба задержала на ней долгий взгляд.

— В дампире яд, в тебе — противоядие, для него сейчас яду подобное, — она улыбнулась.

Мария тревожно взглянула на нее, покусывая нижнюю губу.

— Я знаю, о чем ты думаешь. Не волнуйся, в полнолуние он придет.