Ноктюрн сердца

Один человек может ехать по дороге и наслаждаться пением птиц и пушистыми облаками, а другой кривиться от грязи и лошадиного навоза на земле.

Мария задумчиво надула губы и промолчала.

— А каким он был в детстве? — тихо спросила она.

— Он не открыл мне полностью свои воспоминания, но… По некоторым частям видно, что Адриан был очень веселым и ласковым ребенком, много смеялся и горел желанием познать мир. Все воспоминания о жизни с родителями окрашены теплыми счастливыми тонами, но потом его разум вновь заполняет тоска и печаль.

— Верно, — Мария улыбнулась. — Да, я очень скучаю по ним, но знаю, что сейчас они в лучшем месте и когда-нибудь я вновь встречусь с ними.

— Наверное, поэтому Адриан чувствует иначе, — Пери устало потерла лоб. — Его отец полностью растворился в Хаосе, от Дракулы не осталось ничего от того человека, каким его помнил Адриан. С матерью он тоже не надеется увидеться, ибо уверен, что попадет в Ад, если умрет.

— Я так хочу, чтоб он перестал страдать, — Мария рвано вздохнула, потирая грудь. Сердце опять ныло от невыносимой печали. — Так невозможно жить, это хуже смерти…

— Он не всегда был в таком состоянии. С Тревором и Сифой Адриану жилось очень счастливо, он любил их всем сердцем…

— Тогда почему так легко бросил их? — возмутилась Мария.

— Я… — Пери замялась, — я не уверена, что он хочет, чтобы кто-то знал об этом…

— Не бойся, я никому не скажу, — охотница улыбнулась.

Фея бросила на нее неуверенный взгляд, заламывая руки, и, тряхнув головой, тихо сказала:

— Он боялся, что не справится… — и замолкла.

— Не справится с чем? — настояла Мария.

— Со своей Жаждой… — глаза Пери округлились от страха, словно она произнесла что-то запрещенное.

Мария рассмеялась.

— Мне не верится, что Алукарда это бы остановило. Когда он здоров, ему явно хватает животной крови. Он же наполовину человек…

— Он однажды не совладал с собой и едва не навредил…

— Что?! — у охотницы похолодело в груди. — Не может быть. Я не верю…

— Это правда, — мрачно произнесла Пери, смиряясь с тем, что, возможно, лишает своего первого покровителя единственного союзника. — Он едва не убил маленькую Соню Бельнадес, дочку Сифы и Тревора.