Ноктюрн сердца

Дуся радостно заржала, увидев хозяйку, и Мария отвела ее пастись на огороженном лугу.

Отчаянно зевая, охотница зашла в кухню и встала как вкопанная. Алукард поднял голову и кратко улыбнулся.

— Доброе утро, — тихо сказал он, выкладывая оладьи на тарелки и посыпая их ягодами. — Я услышал, как вы проснулись и подумал, что следует приготовить для нас завтрак.

— Доброе… — Мария сглотнула, сжимаясь внутри от неловкости. Он спокойно смотрел на нее, словно вчера ничего не произошло. Что же, действительно! Он ведь и так сталкивался со смертью на каждом шагу.

С чего бы ему горевать вместе с очередной сиротой? — Спасибо, — она улыбнулась и наклонила голову на бок.

Они молча позавтракали. Пери не появлялась. Мария хотела встать и отправиться разбирать вещи, но Алукард бросил на нее странный взгляд, его губы дрогнули и…

— Мне очень жаль, — он опустил голову, волосы скрыли его лицо, — что это произошло с вашей семьей.

— Это случилось давно. Такова жизнь охотников на нечисть, — Мария попыталась усмехнуться, но получился сдавленный всхлип.

— Аннет и Рихтер очень заботились обо мне, и я никогда не чувствовала себя одинокой.

— Боль утраты никогда не затихает… — прошептал он. — Ты лишь учишься жить с ней.

— Теряешь одно, находишь другое. Я уверена, там им гораздо лучше, чем нам с вами здесь, — на этот раз веселый тон получился гораздо менее вымученным. Дампир даже поднял голову и вновь кратко улыбнулся.

Мария невзначай прочистила горло и предложила:

— Думаю, надо заняться крышей.

Скоро пойдут дожди, и если она протекает, то нам придется несладко.

— Я нашел плотничьи инструменты и доски в подвале, но мне не хватит материалов, чтобы починить крышу и лестницу. В моей подземной крепости есть все, что может пригодиться для ремонта и обустройства дома, поэтому…

— Ищете повод сбежать к себе? — Мария подняла бровь и уперла кулачки в бока. — Не выйдет, я хорошо спрятала осколок дистанционного зеркала.

Алукард усмехнулся и поднял руки.

— Даю вам слово, леди, — он приложил ладонь к груди над сердцем.

— Без вашего ведома я не покину этот дом. Можете считать, что я сдался вам в плен.

Мария рассмеялась.

— Я вовсе не собираюсь вас неволить. Но вы так стремились сбежать, что пришлось применить такие меры. Сейчас.

Мария побежала к себе и торопливо открыла шкатулку с фамильным гербом ключиком, что висел на ее шее. В этой шкатулке хранились многие артефакты ее семьи, священные окуляры в том числе.