Ноктюрн сердца

Адриан поднялся с кровати и, натянув сапоги и взяв миску с подоконника, вышел из комнаты. Он осторожно спустился по лестнице, подмечая, сколько понадобится дерева для починки сломанных ступенек.

На кухне наконец воцарилась чистота: пол подметен, горшки и котелки вымыты до блеска, вся паутина снята. А сама устроительница порядка мирно спала на стуле, уткнувшись щекой в столешницу и сжимая в руке метлу. Адриан кратко улыбнулся. Наверное, она всю ночь не спала, стараясь привести дом в порядок. Он хотел осторожно взять ее на руки, чтоб уложить в постель, но Пери резко зависла перед его лицом, преградив дорогу и возмущенно стрекоча крыльями.

— Что это ты удумал? А?!

— Тише, разбудишь, — прошептал он. — Хочу перенести ее в комнату и приготовить что-то съедобное.

— Вот еще! Думаешь, я позволю трехсотлетнему старикану лапать незамужнюю девицу? Руки прочь!

— Пери, я ничего… — Адриан попытался коснуться плеча Марии, но фея больно дернула его за локон на лбу.

— Только не вздумай заводить привычку дергать меня за волосы! — раздраженно, но тихо прошипел он.

— Хорошо, трогать мне ее нельзя, но ей надо отдохнуть и поесть. Она устала.

— Мария спит, как убитая. Ее из пушки не разбудишь.

Адриан вздохнул и, забрав свой дорожный плащ из прихожей, накрыл им охотницу. Она показалась ему бледнее обычного и слишком холодной для человека на ощупь. Дампир хотел проверить ее лоб, но Пери, как назойливая муха, жужжала над ним, не давая прикоснуться. Адриан закатил глаза и отошел от Марии.

Из котелка, что висел на крюке над очагом, торчала деревянная ложка. Дампир заглянул внутрь и поморщился. Опять эта каша, полный котелок. Неужели она задумала целую неделю его этим кормить? Стараясь не шуметь, он снял ко котелок с крючка и вышел во двор.

Сад выглядел столь плачевно, что у Адриана опустились руки. Заросли ежевики и малины преграждали путь к разросшимся яблоням и вишневым деревьям, стволы которых были покрыты гнилым мхом. Сапоги цеплялись за сорняки при каждом шаге.

Но приглядевшись, дампир понял, что работы не так уж и много: деревья вполне могли плодоносить, достаточно лишь грамотно их обрезать, а в отдохнувшей за года земле еще много чего можно было вырастить. Он вывалил кашу в гущу кустарников, постучав по дну, чтобы ничего не осталось в котелке, и огляделся. Среди зарослей сорняков рядом с покосившимся заборчиком торчал оголовок колодца.

— Пери, ты знаешь, что мы привезли с собой из дома Бельмонтов? Мне нужны ведра.