Путь Мебиуса

Ни одного нового корабля, как назло, из Потока не появилось — последняя надежда улизнуть от проверки медкомиссии таяла на глазах.

У неё, конечно, козырь в виде импланта, но… Даже если её вдруг каким-то чудом оставят в мастерской, то к ней наверняка выстроится очередь из женихов. И первым будет, естественно, Грег.

А дед отказать не сможет. Разве что выбрать кого поприличнее. Но где такого найти, в их-то гадючнике? И чтобы ещё мог бросить вызов Грегу, обойдя того в гонке за невестой.

Да нет таких.

А Грег первым делом поимеет её сам, а потом поделится с друзьями.

И работать ей наверняка запретит.

Камми даже не была уверена, которая из перспектив пугает её больше.

Девушка вернулась домой подавленная и хмурая. Пребывание в убежище, вопреки обыкновению, настроения не улучшило, даже наоборот. Паника накатывала волнами, заставляя задумываться о совершенно не характерных для неё вещах: например, где можно в случае чего утилизировать труп. Так, чтобы никто не застал в процессе и не нашёл после.

Стефана дома ещё не было. В такое позднее время он обычно уже ложился почитать что-нибудь или посмотреть новую серию очередной холо-оперы. С возрастом дед стал сентиментален и увлёкся просмотром всякой приключенчески-страдательной ерунды, обосновывая привычку тем, что хочет развеяться и посмеяться над техническими ляпами.

Учитывая, что холо-звёзды и сценаристы обычно если и бывали в космосе, то только в качестве пассажиров, не покидавших комфортабельных кают, похохотать повод выпадал часто.

Свет в мастерской тоже не горел. Камми на всякий случай проверила, заглянула в тёмное помещение и тихо позвала:

— Дед, ты тут?

Ответом была тишина. Чуть позвякивала в потоке воздуха из вентиляции связка ключей и отвёрток на все случаи; старой кожаной куртки на крючке у входа не было — значит, он где-то на улице, но недалеко.

В такое позднее время вариантов было немного.

Скорее всего, Стефан до сих пор заливает горе с кем-нибудь из приятелей. Или в гордом одиночестве: во-первых, перепить Стила мог далеко не каждый бравый спецназовец, а во-вторых, остальные технари из его знакомых и собутыльников были людьми семейными, их вторые половинки, наверное, пару часов как разобрали по домам.

Станция давно перешла на ночное освещение, из вентиляции тянуло прохладой — после бурного рабочего дня основная масса приборов, нуждавшихся в охлаждении, наконец-то выключилась, и теперь немного свежего воздуха наконец перепадало и людям.