Видящая

Ей отчаянно захотелось визжать, яростно топать ногами, а в идеале - просто убежать отсюда подальше, надёжно спрятавшись от грядущих перемен. Но наряду с этим Мел знала, что всё это бессмысленно. Как бы она сейчас не сопротивлялась, результат останется неизменным: придётся начинать упаковывать вещи. Мелинда догадывалась о том, что её скрывают, с самого раннего детства, которого, если признаться, она совершенно не помнила - один сплошной пробел.

- Когда ты мне всё расскажешь? – еле слышно выдавила она из себя и, потупив взгляд, с излишним усердием принялась рассматривать подранные в разных местах джинсы.

Мужчина лишь слабо улыбнулся, вглядываясь в её профиль, и, так и не ответив, взял в руки фото, лежавшие на траве. Брови его тут же недовольно нахмурились. Но, внимательно изучив снимки, уже через мгновение он многозначительно ухмыльнулся:

- Вижу, ты занялась фотографией... – и, отложив их в сторону, иронично добавил: - Да у тебя талант самого настоящего папарацци!

Девушка в момент подхватила оставленную в покое стопку и так же молниеносно запихнула её в карман.

Затем, наконец, решившись, робко взглянула в его глаза, но осуждения, как она ожидала, в них так и не увидела. И тут уже сама Мелинда не смогла сдержать язвительной насмешки:

- Ну должен же был хоть кто-то, справедливости ради, на место его поставить!? – воскликнула она, эмоционально всплеснув руками. - Столько незаслуженных приводов в участок ни в чём не повинных детишек, и всё такое.

Он это заслужил, за что и поплатился. И, в конце концов, как нас здесь учат, - Мел кивком головы указала в сторону приюта, – прелюбодеяние - это грех!

После этих слов девушка, весьма довольная собой, шлёпнула по туго набитому карману, где её грели отработанные наличные.

- У тебя довольно своеобразные понятия о справедливости!

- Когда мне быть готовой к отъезду?

- Послезавтра, – разом сбросив с себя остатки кратковременного оживления, мужчина пристально посмотрел на собеседницу.

- И чтобы без глупостей.

Солнце совсем скрылось за горизонтом, оставив после себя лиловое, с ярко-красными всполохами зарево заката, а на потускневшем небе уже зажглись самые первые звёзды. Мелинда встала, наскоро отряхнувшись, подобрала с земли разбросанные вещи и даже развернулась к своему вечернему визитёру, чтобы попрощаться, как вдруг в очередной раз поняла, что до сих пор не знает его имени. Мужчина поднялся вместе с ней.