Cursed: cold embrace of the wind.

Хоть голова и была поднята, бледные глаза были опущены, молча изучая пол. Его лицо не выражало никаких эмоций, и вообще он будто был не здесь, будто происходящее его никоим образом не касалось.

— В таком случае роль защиты возьму я. — обдумав все, выдает судья.

Слышатся тихие перешептывания.

— Даже если он встанет к нему в защиту, он не сможет оправдать его. — то ли утверждая, то ли ища доказательств этому в моих глазах, выдавливает Элизабетт, взволнованно смотря на меня.

Две недели назад, когда я заключила Габриэля под стражу, из его уст лились тысячи угроз в мою сторону, но больше всего их было в адрес тети.

— Его убийствам нет оправдания. — кладя ладонь поверх едва трясущейся руки женщины, отвечаю я.

После моих слов она заметно успокаивается. И хоть у нас было много доказательств, все же она волнуется, что Габриэль в силах их все оправдать, и выйти сухим из воды. Зная его личность, я тоже так думала.

— Я, Амелия Раун Бэклушъ, — аккуратненько поднимаясь со своего места, и подходя поближе к центру, она начинает говорить. — Обвиняю Габриэля Антонио Сан Дэкарда в измене. У меня имеются письма адресованные бывшему королю ангелов клана Альфис. В них предельно ясно изложены идеи о возвышении клана Дэкардов и свержении нынешнего правителя демонов.

Виновный поднимает взгляд, полный отвращения, и фыркает, смотря, как девушка протягивает небольшую стопку писем судье. Все другие демоны молчат: ждут когда продолжатся обвинения или защита скажет своё слово на речь Амелии.

— Интересно, — поглаживая седую бороду, хмыкает Рональд. — Документы и впрямь выглядят как настоящие. Но, мы же должны понимать, что бумага — это то, что можно легко подделать. Тем более, когда поддержкой вы заручились у Келли Кристиан Рофлер Дэкард.

Снова перешептывания. Мы встречаемся с Амелией взглядами, не понимая, откуда он узнал. Девушка скрывает растерянность за ухмылкой. Тогда я невольно смотрю на Изабеллу, которая была в курсе наших планов, но её взгляд так же растерян.

— Письма и правда можно подделать, — тихо уточняет она. — Подделать... Но не так идеально, чтобы почерк совпадал на все сто. Если внимательно присмотреться к оригиналу, то, что в этих письмах, что в тех, которые он посылает вам, манера письма одинакова. Добиться такой точности не легко было бы даже профессионалу, что уж говорить о нас.

Ещё раз все обдумывая, судья замолкает.