Cursed: cold embrace of the wind.

Все должно было закончится в тот день, но он как-то узнал о моих планах. Он отправил меня в психиатрическую больницу, запретив любые посещения ко мне. Я родила девочку, но через неделю после родов он забрал у меня её. И я осталась совсем одна. Я пробыла там восемь лет... А после этого мне уже никто не верил. Никто...

Ее голос дрожит, точно так же, как и руки.

Удивительно, что она осталась столь адекватной после всего, что ей удалось пережить. Ведь тут хочешь, не хочешь, но сойти с ума можешь.

.. Особенно после восьми лет в психиатрии.

— А ты? — внезапно поворачиваясь ко мне лицом, шепчет она. — А ты мне веришь?

В её серых глаза скрывается столько боли и одиночества, что этого не описать словами. Ведь и вправду, так могло случиться и с любым другим. Она выходила за доброго и нежного мужчину, который к приходу ко власти стал полной противоположностью тому, кем был. Разве не ужасно? «Почему это произошло именно со мной?» — то, что отражается в её поникшем взгляде.

Я мягко улыбаюсь, кладя свою ладонь на её руку, до побеления сжимающую шкатулку.

— Да, тетушка. Я вам верю.

— Спасибо. — единственное, что выдавливает она.

***

После смерти Хэни и ухода Келли я понял, что я действительно один. Никто не врывался в мою комнату, не ругал за пропуск тренировки, не ждал... Я никому не нужен.

Поднимая взгляд на белый потолок, я с досадой разглядываю рисунок на нем.

Даже родной отец, приехав из командировки, не посчитал нужным хотя бы парой слов меня удосужить, и проявить хоть какой-то интерес к моей жизни, ведь я его сын, все-таки.

Но его не интересовало такое слабое отродье. Ему нужен был сын, а не кусок мяса. Сын...

Накрывая глаза рукой, я чувствую резкие боли в груди и комок крови в горле, который стремительно вылетает изо рта.

Черт! Черт! Черт! Только не опять! Хватит уже сопротивляться, чертово чудовище!

Резкая боль в ребрах, будто их отрывают, и я вскрикиваю.

Таблетки опять не помогают, хотя я пью тройную дозу.

Сколько лет прошло после того случая, как это чудовище вырвалось из меня и стало пожирать людей вокруг. И неужто опять? Нет, я должен справиться. Теперь я стал сильнее, и эта тупая способность не сможет сломить меня.

Вновь резкая боль, отчего я ощупываю кости, понимая, что они вправду сломаны. Новый комок крови выскакивает наружу. Я кричу, одной рукой крепко сжимая грудь, а другой ощупывая тумбочку.