Cursed: cold embrace of the wind.

Экспертиза подтвердила, что он отравился вином, а незадолго до него принял какие-то лекарства содержащие парацетамол.

С полок ничего не исчезло, шкатулки все на месте, украшения тоже.

Я подхожу к рабочему столу Верона, видя ужасный беспорядок, который не присущ ему. Он был аккуратным и чистоплотным.

— А были ли у него встречи в этот день? — смотря на них из-за стола, спрашиваю я.

Документы о передаче престола, заключения каких-то сделок, траты рынка, пожертвования... Все это обычные документы. Печать на своем месте, очки тоже тут, но при этом видно, что здесь кто-то рылся.

— Служанки утверждают, что к нему приходил какой-то мужчина насчет важного дела. Когда он ушел, то его Величество был ещё жив. Он умер позже, минут через пять.

— Не находите, что это странно? — приподнимаю бровь, не понимая почему дело закрыто.

— Странно или нет, но никаких зацепок нет. Ни отпечатков, ни чего-либо другого. Никто не знает кто посещал его в этот момент.

Открываю единственный ящик в столе.

— У нас просто недостаточно материала для продолжения расследования, потому дело и закрыто.

Я достаю маленький ключик из футляра очков и открываю небольшое отверстие в ящике, где вижу сотни писем от руки.

— Хорошо, вы свободны, — едва шевеля языком, отдаю приказ я.

Двое мужчин ещё раз кланяются после чего скрываются за двумя широкими дверями. Я закрываю рот рукой, доставая из потайного ящика одно из писем с красной печатью на них и гербом Дэкардов.

Что? Что это такое? Почему здесь так много писем? Он что, связывался с Габриэлем? Зачем? Для чего? Это ведь запрещено, он сам говорил, что не потерпит подобного предательства. Так что все это значит? Что Дэкардам нужно было от тебя? Или тебе от них???

***

Пустые, мрачные комнаты с черным интерьером и воняющим от них запахом лака бесили, доставляли лишь скуку и вызывали отвращение. Высокие потолки, дорогая мебель, украшения, одежда, — все это уже изрядно бесило, из-за чего я соскакиваю с кровати, швыряя подушку на пол.

С момента моего восшествия на трон мне все больше хочется запереться в спальне и никуда не выходить. Всюду одно притворство и подхалимство, всюду заговоры и ненависть. Сначала это доставляло мне интерес — разоблачать предателей и наказывать, но со временем, когда одно и то же повторяется из раза в раз... Это утомляет.