Ангел - наблюдатель

Марина расплылась в широкой, довольной улыбке. Танья с Анатолием переглянулись и дружно посмотрели на Тошу, который неловко шевельнулся на своем стуле, отведя в сторону глаза.

– Ладно, время-то идет, – пробормотал он, вставая, но задержался, пытливо глянув на Анабель. – А как ты думаешь, зачем они все же за детворой наблюдают?

– Не знаю, – ответила она, со вздохом выходя из своей задумчивости. – А вот вы бы могли попробовать это узнать.

– Как? – тут же выпрямился в настороженной позе Анатолий.

– Если они наблюдают за вами, – объяснила она, – и вы их чувствуете, то кто мешает вам понаблюдать за ними? В какие моменты они обычно появляются, в каких обстоятельствах, что предшествует их появлению и как долго оно продолжается? Экспериментируйте, отмечайте, что могло их привлечь, обсуждайте в их присутствии свои гипотезы – одним словом, приглашайте их к разговору.

Слабые места есть у всех, а у вас тут такая многогранная компания собралась, что вы просто не можете их не найти.

– Спасибо, – в один голос ответили ей Танья и Тоша, и рассмеялись, переглянувшись.

– Ладно, мне сейчас врать придется, что только в центре хлеб нашел. Батон дашь? – обратился к ней Тоша.

Танья вскочила и бросилась к двери. Нам с Анабель уже тоже пора было собираться, чтобы не опоздать в аэропорт. Анатолий предложил отвезти нас, но Анабель твердо отказалась. Почувствовав, что ей сейчас нужно побыть наедине с собой, я поддержал ее.

– Держите меня в курсе всего, что произойдет, – сказала она Танье напоследок.

– Но только осторожно и лучше письменно. Заглянуть на экран в присутствии Анатолия у вашего наблюдателя вряд ли получится, а вскрывать электронную почту у нас, насколько мне известно, еще не научились.

По дороге в гостиницу, где мы забрали мой багаж, а затем в аэропорт мы молчали. Судя по ее отрешенному лицу, она уже строила планы предстоящих действий, я же в который раз восхищался ее непревзойденным умением объединять и сплачивать. Как людей, так и ангелов. И вовсе не обязательно вокруг себя.

И заражать их оптимизмом, развеивать их сомнения и придавать им веру в себя.

В аэропорту, однако, выяснилось, что думала Анабель вовсе не об ангельских делах.

– Ты знаешь, – задумчиво произнесла она, когда мы сидели в ожидании посадки, – мне все как-то не случалось сказать тебе это, но сейчас я хочу наконец-то поблагодарить тебя.

– За что? – опешил я.

– За то, что ты принял меня в видимости, – глядя прямо перед собой, принялась перечислять она.