Волны времени

 – сколько продолжалась эта бешеная езда, Константин не осознавал. Отрывистый треск выстрелов, запах пороха, виз покрышек и постоянно мотание машины из стороны в сторону.

На несколько секунд все стихло. Как оказалось, перед грозой…. Раздался взрыв. Машину приподняло в воздух и тут же бросило на мостовую.

Дальнейшие события явились Константину в форме бредовой фантасмагории. Он ничего не слышал и почти ослеп, только чувствовал, как кто-то вытаскивает его из машины. А когда с трудом стал на ноги, перед его глазами мелькнуло смутное очертание одного из агентов.

– Истинно говорю вам, кто последует за мной, тот спасется!– Иисус в грязном рубище и терновом венце протягивал Константину руку.

Все бы ничего, выглядел сын божий вполне аутентично, только вот сильно смущала жирная золотая цепь на его шее, да пистолет, что был мирно присунут за пояс.

– И пусть тернии земные не будут вам в тягость, ибо нет большей благодати, чем праведное ожидание блаженства небесного, – тут Иисус взял в руку оружие и грозно потряс им над головой:

– Ибо не мир принес я на землю, а меч! И разделятся семьи, и брат пойдет на брата.

– Не спорю, близко вы к тексту библии прошлись. Только переборщили малость. Просто экстремизм какой-то! А про священную войну так это и вовсе отсылка к Корану – джихадом та война зовется….

– Сподобилось яйцо курицу учить! – возвышенная патетика Иисуса уступила место разговорной манере. – Сколько веков прошло? Сколько поколений переписчиков слово божье коверкали? Слушай и внимай!..

Впрочем, есть сейчас дела и более насущные. Враг рода человеческого за тобой по пятам идет. За душу твою мы потом поговорим, а сейчас тело бренное, тело грешное спасать надобно.

После этих слов Константин вдруг почувствовал, как у него подкашиваются ноги.

– И перенесу я тебя через воды огненные, через пустыни солоны, – Иисус легко подхватил опадающего к земле Константина. Словно младенца взял на руки, поцеловал в лоб и вознесся к небесам…

– Ну и тяжел ты, братец. Это никакой подготовки не хватит, тащить такого борова! – как будто из глубокого колодца донесся хриплый мужской голос.