Демон тринадцатого месяца

А после с тоской смотрела на зажегшиеся первые звезды, тихо печалясь, что осталась ей всего ночь свободы и блаженного одиночества, когда на пороге, закрыв в проеме звезды, возник призрак в светлых свободных одеяниях с длинной белой лентой в распущенных волосах и лицом капризной изможденной красавицы. Прижав ко роту ладони, с ужасом смотрела Ли Мин на бледного призрака, что вплыл в ее пещеру.

- А... а разве вы не завтра должны прибыть? - заикаясь, спросила она, глядя растерянно и недоверчиво. Глава, перепугал ее до смерти.

- Чем скорее мы начнем... курс, тем быстрее закончим его, - резонно проговорил он, подходя к кану.

Пропал ее последний вечер свободы! Глава зябко кутаясь в жемчужный плащ, показав глазами на кан, тихо спросил:

- Позволишь? - и когда она вскочила, уселся, вежливо осведомившись: - У вас же все готово, ученица лекаря?

- Конечно, - кивнула Ли Мин, все еще не отошедшая от страха. - Не нужно было так беспокоиться и приходить раньше обговоренного, - подхватила она с очага небольшой чугунный котелок, поставив его на столик.

«Что ж, в одном он прав, чем быстрее начнем, тем быстрее закончим» - примирилась она с присутствием дафу, отчего-то чувствуя неловкость. Не к месту вспомнилось, как выставила его на императорском судилище при всем честном народе. До сих пор стыдилась этого. Если уж она не может этого позабыть, то Глава тем более.

Подняв деревянную крышку, девушка аккуратно слила целебный настой из чугунка в глиняную чашу, которую и подала Главе. Не удостоив ученицу лекаря даже подозрительным взглядом, Глава без одним махом осушил чашу, удивив Ли Мин своей беспечностью.

- Вам лучше сразу подготовиться ко сну. Это сильное средство и неизвестно как вы перенесете его действие, - посоветовала она. - Очищение пройдет тяжело и болезненно. Будьте готовы ко всему, даже самому отвратительному.

Глава кивнул, скинул плащ и верхнее ханьфу, а после сухо велел.

- Теперь оставь пещеру, вернёшься сюда утром.

Оставшись в нижней кофте и штанах он, откинув медвежью полость, лег под нее и закрыл глаза.

Лекарство подействовало через четверть часа. Судя по блуждающему взгляду, у него началось головокружение, поднялась температура, так что он скинул с себя медвежью шкуру, мечась в жару. Нижняя кофта вымокла от обильного потоотделения, а потом его начало выворачивать. К счастью Глава подошел к очищению голодом серьезно и, судя по одной желчи, что выходила с рвотой, действительно голодал. Пульс зашкаливал, его тело крутила судорога.