Не оставляй меня

— Ну ты даешь! — расхохоталась Лу и тут же осеклась — шуметь в казарме строго воспрещалось.

— Слушай, — лежа в темноте, Лу все никак не могла уснуть, встревоженная случившимся на пробежке, — если служба в лейб-гвардии заключается только в том, чтобы носок тянуть... понимаю, почему лейтенант туда рвется... Не пыльная работенка... Эй, ты что, уже спишь?

Кара не ответила. Лу прислушалась к ровному дыханию подруги и тоже закрыла глаза. Обе устали настолько, что до побудки ни разу даже не повернулись, устраиваясь поудобнее.

Лейтенант Байю прошелся вдоль строя. Раз, другой. Дождинки оседали на полиэтиленовом капюшоне, ручейками скатывались вниз и падали на высокие ботинки. Курсанты затаили дыхание, лихорадочно стараясь понять, что же ему не понравится на этот раз. И, когда он просто отдал приказ начать движение, вздох облегчения казался материальным. Дождь, пусть и сильный, казался такой ерундой по сравнению с командиром.

Пробежка. Завтрак. Полчаса, чтобы привести себя в порядок и добраться до аудиторий. Косой дождь стучал в окна, ветер завывал, стараясь найти вход в здание, и курсантам совсем не хотелось думать о тех, кто сегодня остался на улице.

— Ты знала? — Лу пытливо смотрела на подругу.

— Что — знала? — удивилась Кара. Она даже учебники раскладывать прекратила.

— О том, что сегодня будет такая непогодь. Потому и бежала, как от смерти? Сегодня кто-то другой на твоем посту ружьем крутит!

— Да ну тебя! — Кара собиралась еще что-то сказать, но дверь в аудиторию открылась, пропуская преподавателя.

Пожилого майора в Академии любили. Он не прессовал курсантов, всегда был готов прийти на помощь... но спуску не давал.

— Дежурный, отметьте отсутствующих, — он привычно положил папку с лекциями на стол, — доклада не надо, садитесь.

Еще на первом уроке он заявил, что дисциплина — вещь очень нужная, но вбивать её курсантам в головы будут другие. Его дело — подготовить учеников в другой сфере.

На его уроках редко стояла тишина. Во время лекции — да, но стоило майору закончить, как в аудитории поднимался гул. Чем больше вопросов задавали, тем довольнее казался преподаватель. А если спросивший сам находил ответ, используя легкие подсказки, майор просто светился от счастья.