Игра бабочек

Эта улыбка была горькой, но совсем не злой.

Валборга взялась обеими руками за плохо очищенное дерево и некоторое время просто стояла, не произнося ни слова. Лошадь, пробегая мимо, каждый раз косилась в ее сторону, посматривая огромным блестящим глазом.

Ярне чувствовал, как все вокруг успокаивается, старательно прислушивается с любопытством. Птицы, оседлавшие ветки ближайших деревьев, сверчки в траве, сокол, парящий где-то в вышине почти в самом зените, серая кобыла, замедляющая шаг пробегая рядом. Все они ждали чего-то, отсчитывали секунды.

— Это моя лошадь. Отец подарил мне ее после возвращения из-за моря. Сказал, что, имея свою лошадь, я буду меньше сидеть за всеми этими старинными книгами.

Конюх оглянулся на секунду и добродушно сказал:

— И правильно господин майор решил. Взрослая женщина, а закопали себя в библиотеке. Мадам, вы красавица которую только поискать, могли бы поехать куда-нибудь.

Ярне не дал себе даже согласно кивнуть. Да, в общем-то, идея неплохая. И Дар уже высказал желание забрать ее в Академию.

Спустя несколько минут женщина произнесла слабым голосом, будто слова давались ей тяжелее, чем раньше:

— Отец отправил сержанта за вашей свитой. Им уже подготовили палатки. Поужинают ваши спутники вместе с солдатами, — и, сделав еще одну паузу, добавила: — Вы ведь останетесь на ночь?

Что можно было прочитать в ее голосе? Вопрос, просьбу или уверенность? Все, что он хотел услышать. Но предпочел произнести сам.

— Вы знаете, на стражей магия не действует.

Ярне подумал, что после этих слов безжалостный свет, который обжигал сильнее самой сильной боли, погаснет, и женщина с волосами, в которых солнечные отблески прятались среди бескрайних полей, полных спелой пшеницы, развернется и уйдет. Вернется к своему наставнику, чтобы... Чтобы что?

Но она только сильнее сжала пальцами пыльное дерево. Все вокруг молчало, дожидаясь ответа. И непонятно было, кто должен был дать ответ.

Тогда Ярне наклонился и поцеловал ее. Губы под его губами дрогнули, отозвались, и он поспешно оторвался и отвернулся, молча вдыхая глубоко, всей грудью непонятные ароматы.

Вороны зашевелились, переступая с лапы на лапу, кобыла прибавила ходу, и где-то далеко, совсем за горизонтом прогремел гром.

— Ну вот видите, и погода портится.

Елена где-то там, далеко, в иной реальности, убрала свой амулет подальше, словно заранее чувствуя, что сегодня ей здесь нечего делать. И все же, Драконы не спят никогда.