Колыбельная Жар-птицы

— Эй! Не придумывай, меня всё равно не оставят без присмотра, да и спать я пока не хочу, так что уходить тебе точно нет нужды. Я просто не хочу, чтобы вы ради меня откладывали свои обязанности, — вздохнула девушка. — Я бы от чая не отказалась.

— Тогда я делаю тебе лечебный отвар! Обещаю, что на вкус он будет как травяной сбор, — сказал Финист и наколдовал емкость с водой металлический чайник и травы. Всё это повисло в воздухе рядом с ним. Он начал магическое действо, в основе которого лежал огонь.

Фамильяр при помощи телекинеза налил в чайник воды, потом создал огненный шар на котором стал греть чайник, дабы вскипятить воду. В это время он сосредоточено отбирал и засыпал травы в заварник.

— Где ты этому научился? — удивилась девушка.

— Мой прошлый хозяин увлекался знахарством, к тому же никому не довеял и до самой смерти готовил себе еду и делал чай собственными руками. Я наблюдая за ним многому научился, он тогда часто просил меня заваривать чай. А если ему нездоровилось, то по его инструкции едой и питьем занимался я.

Ну и конечно не без лекарств, он не признавал врачей поэтому всё это делал либо он сам, либо я, — спокойно ответил Финист.

— Удивительным человеком был последний император, — улыбнулась я.

— Многие так считали, но столь же многие его за это ненавидели. Он не мог доверять даже собственной жене. Но даже так всегда любил собственных детей, а те безмерно уважали своего родителя, который лично занимался их воспитанием и обучением, — спокойно отвечал Финист.

— Знаешь, что больше всего меня удивило в тебе?

— Даже не знаю, — удивленно ответила Марисеф.

— Вы не только похожи магически и даже характерами. Ты дала мне тоже имя, что и он, — честно ответил магический зверь.

— Стоп, ты та великая Жар-птица, что заключила контракт с первым королем Сильвериэна? — шокировано спросил Ситвиан.

— Он же говорил об этом ранее, — удивилась девушка.

— Напрямую нет! Он только упоминал прошлого контрактора и говорил, что тот связан с императорской семьёй, — отмахнулся кронпринц.

— Не думал что это столь важно, — вздохнул Финист.

— Конечно, важно. Если рассказать об этом отцу, то он не успокоится, пока не расспросит тебя о первом короле, — вздохнул Ситвиан. — Отец говорил, что он оставил для своего фамильяра много вещей и комнату во дворце, в которую сможет попасть только он.

— Ты хочешь сказать, что моя комната всё ещё нетронута? — ошарашено спросил у принца Финист.