Кельтский крест

Наконец, подъехав к самому берегу моря, Алан остановил коня на краю зеленого холма:

– Мы нашли вас здесь, — он вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула, внимательно изучая невысокие скалы, поросшие зеленой травой, в центре которых находился пологий спуск в заводь. Сейчас был отлив, и море отступило, обнажив белоснежный песок.

Я спешилась и медленно побрела по берегу, размышляя, как я смогу исчезнуть на глазах у всех этих людей. Ветер рвал с меня плащ, заставляя дрожать, вдалеке рокотало бирюзовое море, перекатывая белые буруны волн.

Я закрыла глаза и подставила лицо воздушным потокам, всеми силами желая вновь ощутить это чувство падения и попасть в свое время. Миг, другой… Ледяная вода забрызгала меня с ног до головы…

– Миледи, нам пора, — окликнул Алан. Я вздрогнула и открыла глаза. Отряд так и стоял у бухты. Мужчины с недоумением следили за мной. Понимая, что нырнуть на их глазах мне не удастся, я предриняла еще одну попытку:

— Может быть, вы поедете, а я останусь здесь и еще поищу?

– Бросить вас здесь? Одну? За кого вы меня принимаете!

– Но Алан, вы не понимаете, это очень важно! – я прикусила губу, чтобы сдержать слезы.

– Нет.

Я посмотрела на Алана и поняла, что он полон решимости увезти меня силой, если я буду настаивать. Покорно кивнув, я вновь села в седло.

Душу наполнял ужас: у нас же не сформированы резервы, как они будут без меня? Я же даже позвонить не могу! Интересно, что мне скажут, когда я вернусь. А вернусь ли я вообще? От последней мысли я пришла в ужас.

Остаться здесь, в мрачном средневековье, без медицины, связи и вообще без прав, я же женщина! Я судорожно вспоминала уроки истории по эпохе мрачных веков. Знания были крайне обрывочными: викинги жили в Скандинавии, плавали на драккарах, перед битвой жевали поганки. Они славились суровым нравом и своей жестокостью.

Я украдкой посмотрела на своих спутников: вылитые викинги! Спутанные волосы, суровые, словно дубленые лица, некоторые со шрамами, мужчины казались выносливыми и сильными.

Поймав мой взгляд, Алан ободряюще улыбнулся мне, я отвернулась и украдкой вытерла слезы: порыдать можно и позже, сейчас надо было найти возможность вернуться в свое время.

Подъехав к тропинке, ведущей на Бирсей, мы вновь увидели Атли. Его конь бродил неподалеку, но, стоило парню приблизиться, как животное радостно вскидывало голову, отбегало метра на три и останавливалось. Парень совсем отчаялся. При виде нас, вернее, остальных лошадей, конь приветственно заржал.