Кельтский крест

- Надеюсь, вы окажете честь отужинать с нами сегодня? – Алан прекрасно исполнял роль хозяина средневекового замка. Мне ничего не оставалось, как только подыграть в спектакле в надежде, что в этом случае развязка наступит побыстрее.

Как там вели себя знатные дамы в романах? Ногу на ногу не класть, спину держать прямо... я бросила взгляд на стол, и очередной раз изумилась: за такой стол любой антиквар отдал бы душу. Массивный, дубовый, он явно был сделан топором из цельного куска дерева. Отметины на столе говорила, что им пользовалось ни одно поколение, а след от чего-то круглого и жирного — что хозяева явно не понимают истинную ценность этого предмета.

Я украдкой провела рукой по столешнице, ощущая под пальцами рисунок древесного волокна. Мой жест не укрылся от Олава, он презрительно хмыкнул:

- Не волнуйтесь, миледи, у нас на Островах обеденные столы скоблятся добела.

- Олав! Ты разговариваешь с моей гостьей! – гневно осадил его Алан. Мне показалось, что я уже слышала этот голос.

- Гостьей? Может, это рабыня, которую везли в дар коннунгу!

- Даже если и так, корабль разбился и все утонули, а девушку выбросило на берег вместе с сундуком золота! Так что теперь она свободна и богата, - возразил Алан, салютуя мне кубком.

Я сухо улыбнулась и кивнула в ответ.

- Милорд, мне кажется, вы слишком поспешны в решениях, — Таллорк поддержал друга.

- Мне кажется что я уже вырос из того возраста, когда меня следует опекать!– вспылил Алан, вскакивая на ноги. С секунду он зло смотрел на своих охранников, затем успокоился и вновь сел за стол.

Таллорк взглянул на него с укором:

- Ты прекрасно знаешь, что герцог приказал охранять тебя – ты его брат и наследник.

В наступившей тишине было явно слышно, как скрежещут зубы Алана. Когда он начал говорить, голос его был очень спокоен:

- Я благодарю за столь бесценную заботу и беспрекословное подчинение приказам моего брата, но я нахожусь в родовом замке и не вижу рядом никакой опасности, особенно от слабой женщины, которая чуть не погибла в волнах!

- Мы ничего не знаем о ней! – возразил до сих пор молчавший Свен.

Три пары глаз вновь изучающе посмотрели на меня. Я ответила ровно таким же взглядом, давая понять, что подозрения обоюдны. Все трое нахмурились, но не стали продолжать спор.

Алан тем временем распорядился принести мне мед. Темноволосый мальчик лет двенадцати, до этого жадно прислушивающийся к спору, как, впрочем, и служанки, скоблившие столы, покраснел и выбежал из зала.