Наследие. Нимфа

Правда-правда!

Вздрогнула, когда холодное лезвие плашмя коснулось щеки, медленно проехало вниз по скуле к шее и замерло где-то на пульсирующей венке. Мое сердце не просто остановилось, кажется, оно раньше меня отправилось в мир иной. Я же смотрела в серебряные раскосые глаза держась за сознание из последних сил. Очень хотелось в обморок. Страсть прям как хотелось. Но почему-то чувствовала – нельзя. Этот мужчина явно не знает жалости, не знает, что такое поверить кому-то на слово. Он убийца. Профессионал. И если расслаблюсь, мигом лишусь жизни.

– Т-ты ведь м-можешь проверить, – чуть заикаясь, едва дыша выдохнула я, едва не кривясь от боли разогнавшегося сердца. – А… а я тут побуду. Подожду.

Кажется, я сумела его удивить. По крайней мере в его глазах появилось что-то вроде искры веселья.

– А если все поиски будут безрезультатны? – его голос был тихим и мягким, словно старался вызвать меня на откровения. Так тетушки уговаривают детей съесть еще одну ложечку каши.

Коваарный тип!

Перед тем как ответить закусила губу.

– Мне больше предложить нечего, пыльца осталась у кобольда. Ты можешь забрать этот артефакт и ошейник. Они же ценные.

– Ненамного моей оплаты, – прищелкнул языком мужчина.

Да чтоб тебя!..

– Что тебе даст моя смерть?

– Ничего. Я просто выполняю заказ. – До того прижимавшийся к моей шее нагревшийся металл пыточного инструмента все же исчез. Вздох облегчения вырвался из груди, и я тут же прикусила губу. Рано радоваться.

– Я… Вернее, мой муж заплатит больше за мою жизнь. – Не хотела вспоминать об Аодхе, и вообще приплетать во всю эту сомнительную историю, но другого выхода просто больше не видела.

Мужчина некоторое время пытливо вглядывался в мои глаза и что происходило в его голове мне было невдомек. Но я едва не упала от счастья, услышав:

– Хорошо. Я проверю. – Отойдя от меня, мужчина вытащил из-под кровати моток веревки. Она переливалась чешуей змеи и будто жила собственной жизнью. На миг мне показалось, что это настоящая рептилия. – Посидишь здесь до моего возвращения.

На этих словах он показал жестом чтобы развернулась к нему спиной. Отлипнув от стены, сделала как мне приказали и запястья свели вместе стянув их крепко. Холод веревки, ужасно напоминающей кожу рептилии, заколол кисти рук. Затем меня усадили на жесткий табурет и уже к нему привязали полностью. Вот ведь гадство. Чтоб его виверна сожрала. Хотя нет, а кто ж потом меня развяжет? Правда вот не уверена, что он меня отпустит даже после того, как убедится в моих словах.