Наследие. Нимфа

Я затаила дыхание, оружие выглядело изящно и опасно словно клык свирепого хищника. Не успела моргнуть, как Аодх совершил неуловимое движение и ладонь Эшдвирга окрасилась в алый. Кровь закапала на траву блестя гранатовыми слезами. Лепрекон зашипел, но продолжал молчать лишь недобро сверля принца взглядом. Макнув палец в кровь, Аодх принялся чертить непонятные символы на запястье и лбу Эшдвирга при этом что-то негромко напевая. Язык был красивым, а голос тягучим увлекающим за собой. Прекратив манипуляции с лепреконом, Аодх приблизился ко мне не переставая петь.

Я вся сжалась предчувствуя боль от окрашенного кровью лезвия. Но взяв меня за руку, муж лишь нарисовал кровью лепрекона несколько завитушек. Они обхватили мое запястье словно браслет, вспыхнули ярко, почти болезненно, и погасли полностью исчезая. Кожа Эшдвирга оказалась такой же чистой, будто и не рисовал Аодх его же кровью символы на нем. Внезапно лепрекон пошатнулся и завалился ничком в траву.

– Что с ним? – ахнула, с тревогой поглядывая на человечка.

– Привязка начинает работать. – Очистив лезвие, завернув оружие обратно в тряпку, Аодх стал производить манипуляции с травой. На глазах та стала распрямляться, а капли крови растворились словно их смыло дождем.

– Почему я чувствую себя нормально? Или меня позже что-то настигнет? – Закатав рукава, принялась осматривать руки, вдруг где-то появились неопознанные пятна.

– С тобой все будет хорошо, – заверил Аодх в этот момент передавая сверток Риссу. – Клятва действует лишь на него.

Эшдвирг теперь не посмеет ослушаться тебя и выполнит все, что ты ему прикажешь. Где бы ты ни была, сможешь вызвать его лишь позвав по имени.

– Прямо рабство какое-то. – Мне не очень нравилось, что лепрекон окажется у меня в бесплатном служении.

Принц пожал плечами. Их мир был другой и отличался практически всем, поэтому он не видел в этом ничего предосудительного.

– Он задолжал тебе и заставил Связанных гонятся за ним много дней, оттого несет наказание.

Я присела рядом с лепреконом, разглядывая побледневшее лицо.

– Когда он очнется?

– Скоро, – безразличным голосом отозвался принц.

– Что делать с кинжалом Оберона? – напомнил Рисс о скомуниздинном кинжале. Взгляд сереброволосого сида выражал всю степень беспокойства.

– Верни обратно, – лениво отозвался Аодх, щелкнул пальцами и под тенью дерева появилась скатерть, уставленная различной снедью.

– В прошлый раз я еле ноги унес, – недовольно фыркнул Рисс.