Наследие. Нимфа

– сложив лепешки на деревянное плоское блюдо, фейри развернулся и заметив мой вопросительный взгляд, продолжил: – Несколько браслетов, зачарованных от стихии огня, кожаные нарукавники практически все истрепавшиеся, совершенно бесполезные, драгоценные камни…

– Что за камни? – поспешно поинтересовалась я.

– Да разные, – пожал плечами Связанный мужа и поставил тарелку с лепешками на стол. – Один рубин, второй…

– Меня не интересуют названия, Рисс. Покажи мне их, – почти нетерпеливо потребовала я. В груди щемило заставляя нервно сжимать пальцами края подоконника.

Покосившись то на меня, то на рагу, фейри вздохнул.

– Хорошо, но будь добра последи за варевом.

Он что, надолго отлучается?

– Можешь быть спокоен, – заверила его.

Выбрав самую густую тень, какую можно было найти в хорошо освещенном солнечными лучами доме, Рисс шагнул в нее исчезая с поля зрения. Об этой особенности братьев я узнала этим днем. И радовалась их способности больше самих Связанных. В конце концов Рисс обещался как-нибудь провести меня по теневым тропам.

Не прошло и двух минут, а Рисс уже стоял у стола и высыпал камни на свободный чистый участок деревянной поверхности. Бросив ложку, которой помешивала рагу, двинулась в сторону кучки драгоценных камней. В груди как-то волнительно защекотало, а кусочек опала едва не опалил кожу на груди. Приблизившись к столу, словно во сне протянула руку видя перед собой лишь один камень… вернее его осколок, сверкающий и манящий. Это он притягивал меня и подзывал.

– Что это? – вопрос Рисса прозвучал словно из далека.

– Это кое-что очень ценное для меня, – откликнулась я, одной рукой снимая с шеи кулон. Держа в обеих руках кусочки опала, свела их вместе приложив в месте стыка. Надеюсь, все получится.

Неровный излом прошил радужный свет, и камень спаялся, словно и не разламывал его никто и никогда. Восхищенно и удивленно выдохнула. Теперь осталось два кусочка камня.

– О-о! – протянул Рисс; в светло-золотых глазах искрилось любопытство. – Как тебе повезло отыскать часть головоломки.

– Наверное это можно и так назвать, – тихо проговорила я, проведя пальцем по гладкой поверхности края, бережно огибая сколотые углы.

После слияния, камень прекратил печься превращаясь в обычный холодный драгоценный камень. Вернув кулон на место, уловила кое-что странное, пока незаметное, но неотвратимо наполнявшее комнату.

– Рагу горит! – вскричала я, подпрыгнув на месте.

Зашипев, Рисс кинулся к кастрюле быстро снимая ту с плиты.

– Ну вот, пища будет с душком.