Наследие. Нимфа

– Фейри прошелестев полами изумрудной мантии прошествовал к одной из плит, невесомо коснулся ее; камень завибрировал, по помещению полилась музыка лютни и глубокий голос запел:

Там, где вода речная

Пенится под рыбьим хвостом

Там, где былая вера

Затянута древним мхом

Там, где луна седая

В зеркало смотрит с высот

Там, где цветные звезды

Корни нашли – свой исток

Там, где простые люди

Теряют выбранный путь

Там, где души напевы

Начало свое берут

Там ты отыщешь слово

Что откроет врата

И силою твоей крови

Печать будет снята

– Если ты ее потомок – в чем я не сомневаюсь – то ты способна освободить Элелию от оков.

– Но я слышала она, была… преступницей.

– Вздор! Элелия могла быть кем угодно, но ни убийцей, ни предателем. Все что тебе напели – клевета. Ты обязана встретиться с ней и тогда все поймешь.

Если до этого у меня были подозрения, то теперь я утвердилась в своей правоте: Арлен Мудрый был влюблен в Элелию. Возможно, любит до сих пор.

– Эта песня…

– Когда Холодная война завершилась, Элелия была ранена.

Ее нашел маг. Человек живущий в Ши и достигший вершины в своем волшебстве. Он выходил ее, а спустя какое-то время она родила девочку. И с тех пор ни Элелию, ни ее дитя никто не видел, так же как и мага. Но поговаривали что похожий человек время от времени появляется в различных частях Ши. Он как черный призрак возникает и исчезает вновь, говорят он что-то выжидает.

– А Элелия?

– Элелия… – подойдя к окну, Арлен уставился в темную мглу крепко о чем-то задумавшись.

В ожидании ответа, я тихонько разглядывала место сбора песен несшие в себе исторические данные для волшебного народа. Мимо успели пройти поужинавшие служители Дома Песен. Когда они скрылись на третьем этаже, а шаги стихли, Арлен обернулся ко мне:

– Однажды на пороге Дома Песен появился тот самый маг. Я не сразу понял кто это. Он рассказал о том, что Элелия заточена в магическом куполе и лишь потомок сможет открыть ее. Оставил песню и ушел.

– Где ее искать не сказал?

– Элелия морская нимфа, если ее тюрьма где и находится, то лишь у воды.

– С источником ее силы? – я удивилась такой беспечности тюремщиков.

– Магия коварна, а особенно барьеры. Он может быть тонким и не весомым, но непреодолимым. Если Элелия заточена в нем, ее муки были непередаваемы. Она очень сильно страдала, – рассказывая о нюансах, син Арлен неспешно передвигался между светящихся камней заложив руки за спину.