Цена доверия. Кн.2. Протянутая ладонь.

Слишком новые, неожиданно теплые ощущения дарила его улыбка. И Же́на, привлеченная этим теплом, к собственному удивлению, стала более разговорчивой и совсем не захотела вспоминать, что идти под руку с малознакомым мужчиной — не совсем прилично. Но... Ей вдруг показалось, что сейчас, рядом с ним, она может дышать полной грудью. И еще он с таким живым интересом слушал ее рассуждения о "Небесных легендах Трилора", в том числе об Иояэ, так искренне задавал вопросы и спорил (с неизменно покровительственной, но доброй улыбкой), что по дороге к чайной она почувствовала себя по-настоящему живой.

— ...Да, первоначальное впечатление создается, что герой прав, но поймите, сказки и легенды бывают порой слишком однобокими. К тому же стоит учитывать время и нравы, при которых было создано или записано произведение. И ваш Демоноборец — характерный герой своего времени. Вспомните хотя бы с какой легкостью он покинул Альвеллу, бросив крестьян на произвол судьбы.

— Он спешил спасти весь мир, а не только одну деревню.

— Это сейчас мы объясняем его поведение подобным образом. Но если посмотреть в историческом контексте, получится, что на самом деле он бросил их, потому что благородной крови до крестьян не было никакого дела, спасать подобных "низких" людей — ниже достоинства Демоноборца. Вы читали "Небесные и земные мифы в разрезе" Элдара Корли? Книга вышла всего пару лет назад, но нешуточные споры вокруг нее ведутся до сих пор.

— Должна признаться к своему стыду, слышу это имя первый раз.

— Ознакомьтесь. У северного исследователя, несмотря на его антимагический настрой (вы же знаете, что на северо-западе, в Илендии и Верции, например, до сих пор не любят ведьм и "всякие магические штуки"?), так вот у Корли очень хорошо передана именно связь между временем и мифом. Можно сказать, он препарировал тексты легенд в исторической атмосфере. В "Мифах в разрезе" много действительно достойных мыслей. Если, конечно, отсечь все, что вытекает исключительно из его фобии магии.

Они стояли рядом с чайной, но все никак не могли найти времени пресечь разговор и зайти внутрь. Бажене казалось, что Драгомир разговаривает с ней не столько, как с равной, сколько как с милой, усердной, но все-таки ученицей, и хотя это ее немного уязвляло, его интерес к ее словам все искупал.

— А вы? Как относитесь к магии?

Бажена спросила это, заметив, что иногда, говоря о всяких чудесах, собеседник морщится.