Сны и реальность Саймона Рейли

Нескоро до него дойдет, каким он был дураком, что согласился сделать Карси уязвимой, отдав амулет Серебринке. Без амулета она становилась легкой добычей для колдунов-экстремистов из «СиТм», специально обученных убивать, похищать и злодействовать.

Кроме того, у Серебринки насчёт этой золотой подвески были свои планы. И, мало того, она знала: действуя так, очень рискует чужой жизнью.

- Вот и славно. – Кивнула Серебринка, убирая амулет в карман. – Верну, когда угроза нейтрализуется...

***

В автобусе, когда Саймон с Карси уже проехали три остановки, Карси, прислонившись к окну щекой, спросила:

- Ты думаешь, мы правильно поступили, отдав Серебринке мой амулет?

Что-то внутри терзало ее и не давало покоя.

- Конечно, - ответил Саймон, уверенный в своем решении, - тогда плохие люди не смогут тебя выследить и украсть его.

- А что, если это — ошибка?

- Ну, Сильв ведь знает, что делает...

- А ты знаешь, что она делает? - она отвернулась от окна и серьезно посмотрела на него.

Юноша застопорился и заморгал. Он ведь, по сути, не знал.

- Мы должны ей верить, - наконец сказал Саймон, пытаясь в этом не сомневаться. Червячок сомнения начинал его точить, причем настойчиво.

- А тебе не кажется, что, если бы злодеям нужен был мой медальон, они вырубили меня бы и скрылись?

- Ну, если тебе хочется, мы можем вернуться, еще не слишком поздно, - Саймон уже хотел подняться, но Карси схватила его за рукав и потянула на себя:

- Сиди уж. Если ей так нужен мой амулет, пусть забирает.

- Надеюсь, ничего плохого, - насупился Саймон, думая, что Серебринка задумала что-то, во что не хотела их посвящать, и ему это не нравилось. Он уже стал жалеть о том, что они не оставили амулет у себя.

***

Когда они пришли к Карсилине домой, тётя Маша радостно кинулась обнимать их. Плитс Шпаклевич сидел с газетой на диване, поглаживая правой рукой глупую пуделиху Трапецию.

- Нашлась-таки! – воскликнул он, сердито, когда те появились на пороге комнаты.

Трапеция возмущенно гавкнула, одобряя его тон. Саймон шикнул на неё, собака оскалилась, она, кроме Плитса, людей не переваривала. И вообще была кусачей и невоспитанной.

- Тихо, тихо, – шепнул ей Плитс. – Саймон, не дразни животное! Ну, Карси, где ты пропадала, я жду объяснений.

Карси, при этом, чуть не споткнулась о лежащие на полу тапки тёти Маши, которые та постоянно теряла.