Сны и реальность Саймона Рейли

Саймон оценивающе посмотрел на Сулитерию, и в этот миг их глаза встретились. У неё были большие тёмно-серые глаза, юноша поспешил отвести взгляд, почувствовав себя неуютно, в то время как Сулитерия вздрогнула.

- Не положено ей здесь быть! – сказал Альфред, поставив руки на бока.

- Ну и что с того, что моя тетя злая колдунья! – опомнилась Сулитерия и присела, в ее черных прямых волосах запутались травинки. – Это не значит, что я тоже...

- Трегторфам нельзя доверять, – пробормотала Мартина, точно повторяла слова бабушки.

- Я добрая! Понимаете, добрая! – пыталась объясниться Сулитерия, думая, что единственное средство донести свою информацию до них – громкий голос. – Я против зла! Даже крылья мухам не отрываю!..

- И сушеных пауков не ешь? – фыркнула Ленди, которой уже надоело приносить Альфреду палку, и она сидела, заинтересованно разглядывая незнакомку, пытаясь к ней принюхаться.

- Как вы понять не можете, Фротгерты. Я к вам ненависти не испытываю! Меня интересует только картфол, вовсе не зло, - она не использовала это напыщенное обращение к знатным особам, и вообще вела себя фамильярно.

Последовало недолгое молчание, во время которого Сулитерия ощутила на себе неприязненные взгляды и поёжилась.

- Врешь! – наконец отчеканил Альфред.

- Я правду сказала, – Сулитерия поднялась с травы и отряхнулась. – Я протягиваю вам руку дружбы. Решайте сами, дружить или нет.

Ход, надо сказать, был неожиданным. И чего она добивалась, эта странная Сулитерия?

Она протянула руку для рукопожатия, но почти все отошли от нее на шаг назад, даже Ленди, уловившая странный запах древесного угля.

Карси отходить не стала, она задумчиво смотрела на Сулитерию, которая состроила очень несчастный вид. А затем, принцесса, вопреки всем ожиданиям, уверенно протянула ей свою руку.

- Карси, не верь ей! – крикнула Мартина, не понимая, что нашло на старшую сестру.

Но Карсилина не стала одёргивать руку, и рукопожатие состоялось.

- Не бойся, Сулитерия, я верю тебе, – сказала она с улыбкой.

Всё-таки, Карси наивная. Кто бы знал, что это рукопожатие послужит началом всех неприятностей, более масштабных, чем были ранее. И Сулитерия сыграет в этом далеко не последнюю роль. И дело даже не в том, что Карси искала в людях хорошее. А в том, какое количество света может быть в душе.

Сулитерия подмигнула Карсилине, а затем, выпрямившись, изрекла: «Ладно, мне идти надо».