Сны и реальность Саймона Рейли

Малыш был одет в лиловый комбинезон и мохнатую шапочку, папа держал его на руках. А Фолия стояла рядом с пустой синей коляской. Какая же всё-таки счастливая семья... была!

Разглядывая изображения, Карси без какой-либо задней мысли изрекла:

- Похоже, это особняк барона Мартина Вейса. Он тут на фотографиях и, наверное, здесь рядом с ним его семья.

- Где барон? – озадаченно спросил Саймон, не понимая, почему хозяева не убирают эти изображения.

- Ну вот он, - и Карси указала на Прохора Рейли.

В горле у Саймона пересохло, и, чтобы не показать Карси, что он почувствовал, парень улыбнулся и сказал, пытаясь отвлечься:

- Смотри, а это я! – он ощутил острое желание сбежать и не встречаться с хозяином особняка.

Что происходит? Почему его отец – не мертв? Вполне себе ходит и функционирует!

- Вроде похож, – заметила принцесса, разглядывая малыша в комбинезоне, - тогда получается, что барон Мартин Вейс и есть твой папа. А ты думал, что он погиб, и...

Старуха Навира недоуменно вытаращилась на них.

- Вообще-то моего отца звали Прохор Рейли, - Саймон раздраженно приглядывался к изображениям, желая получить доказательства обратного. - Ты точно уверена, что на этих фотографиях барон Мартин Вейс?

Карси молча кивнула, ей стало очень неловко.

- А кто он такой и чем занимается в Королевстве? – спросил парень, стараясь не выдать начинавшую закипать лаву.

- Не знаю. Я его видела пару раз во дворце, - ответила Карси.

- Он шталмейстер при дворе, - раздался скрипучий голос Навиры, – он заведует всеми королевскими конюшнями.

Саймон чувствовал себя неуютно. Уйти хотелось еще сильнее. Но что-то держало. Может, нужно было осуждающе посмотреть в глаза своему живому отцу? Почему этот тип просто взял и свалил из его жизни?

В коридоре послышались шаги и, со скрипом старых половиц в комнату зашел его отец. Настоящий и живой.

- Здравствуйте, барон Вейс! Извините, что без приглашения. Я не знала, что вы тут живёте, – оправдывалась Карсилина, отведя взгляд.

Саймон непонятливо и раздраженно смотрел на своего отца. Словно говоря: «Ну, что, вот он я – твой сынок! Ты где был все это время? Зачем кинул нас с мамой». Ему хотелось подобрать слова поострее, чтобы заведомо уязвить «воскресшего» родственника.

Выглядел Прохор Рейли неважно. Осунувшийся и мрачный, далеко не тот счастливый юноша с фотографий. Одет он был в чёрный фрак, чёрные брюки, чёрные ботинки.