Сны и реальность Саймона Рейли

Во главе стола сидела королева листонская, Лоритта IV, с чашечкой крепкого кофе. Она знала о приезде гостей и ждала, когда они появятся.

Не смотря на её почтенный возраст (лет 70, наверное), выглядела она моложе, на лице почти не было морщин. Щеки у неё были впалые, и сильно выпирали скулы. Её, чуть тронутые сединой, русые волосы были заплетены в тугой пучок. А на голове была маленькая золотая корона с тремя большими рубинами. На ушах висели серёжки, в форме кинжалов. Несмотря на это, одета она была, как учительница, в строгий костюм: белая блузка, тёмный пиджак и юбка.

Оказывается, три рубина и кинжал со сломанной ручкой, это символы династии Фротгерт, об этом, и что они значат, Саймон узнал намного позже из книги, которая хранилась в их библиотеке.

Лоритта IV молча пригласила всех сесть за стол, оценивающе глядя на гостей.

- Рада приветствовать вас, господа, в Чалиндоксе, – поздоровалась она, хотя, казалось, королева не особо рада.

Прибывшие молчали, не зная, что ответить, задавленные авторитетом. Саймон не мог перестать думать о Карси. Если ее родня – высокопоставленные дворяне, а он – простой смертный из народа, значит ли это, что общество будет осуждать их отношения? Значит ли это, что Карси специально не давала знать о себе, чтобы не расстраивать. Значит ли это, что она поставила точку? Но тогда, почему она решила вызвать их сюда? Карси ведь могла и дальше считаться пропавшей, особо не запариваясь об их дальнейшей судьбе, если решила оставить все в прошлом?

Королева взмахнула рукой, и на столе начала появляться посуда.

Мартина с Альфредом тут же принялись за чай, заедая его печеньем, Зольтер с Серебринкой тоже. Саймон с Димкой пододвинули к себе чашки, но боялись к ним притронуться. Не каждый день доводится пить чай, вместе с королевой.

Лоритта IV, заметив их замешательство, сказала:

- Вы не стесняйтесь, господа, отведайте чаю.

Димка отхлебнул глоток, затем потянулся к сахарнице. А Саймон, чувствуя на себе пристальный взгляд королевы, не решался. Он старался дышать глубже. Но это не помогало. Он хотел скрыть, что у него трясутся руки.

Первым, к кому из них королева обратилась, оказался Димка, тот даже толком прожевать не успел.