Ищу идеального мужа

простите, Ари, был выпускной, — мужчина вздохнул. — Но она с него не вернулась.

Тишина громыхала набатом. Дэй ощутил покалывание в пальцах. Многое стало понятным. Но собеседник продолжал:

— Когда она не вышла из автобуса, ребята сказали, что Ари уехала с одним из одноклассников. По отзывам: хулиган, но не больше. К сожалению, он сообщил, что Ари осталась в лесном кафе. Почему — дело третье, с этим пусть разбирается полиция и его родители.

— Почему вы туда не поехали? Разве жизнь и здоровье девочки — не ваша забота?

— Я собирался.

— Вы уверены, что это именно Ари?

Дэю хотелось вскочить, заметаться по комнате, но многолетняя привычка к дисциплине пригвоздила его к креслу.

— Разумеется! Нам дали поговорить по телефону. Думаете, что мы заподозрили в первую очередь, когда узнали об аварии?

— Что?

Дэй решил, что ослышался. Или собеседник сошел с ума.

Но, с другой стороны... Мужчина, сидящий напротив, был почти легендой. Если он еще не в пути, не поднимает на ноги всех агентов, о которых хорошо осведомлен, значит, не все так страшно. Девушка наверняка в порядке. А волнение... оно тоже понятно. Родители, оставшиеся спокойными при исчезновении дочери, выглядят куда подозрительнее.

В приоткрытое окно долетел шум подъезжающей машины.

— Полиция! — женщина первая оказалась у двери и распахнула её так, что от удара посыпалась декоративная штукатурка на стене.

По дорожке, не торопясь, шел полицейский. А за ним... чумазая девушка в грязном синем платье.

Глава 3

Я боялась. Да что там, отчаянно трусила, когда вслед за полицейским подходила к дому. Родители выскочили на крыльцо. Мама почему-то держала в руках мою шкатулку для украшений, но это было неважно. Потому что через минуту меня накрыл ураган.

Мама плакала, обнимала так, что дышать стало тяжело. Шкатулка больно впилась в спину, но сказать об этом я не решалась. Дудки! Я не самоубийца. Сейчас мама отойдет, и ка-а-ак... А папа добавит!

Он стоял рядом, пряча подозрительно блестящие глаза? Плакал? Несгибаемый, уверенный в себе отец, центр моей силы — плакал? Ну, тогда я точно — труп. И жить мне ровно до того момента, как припарковавший у гаража машину гость двинется восвояси.