В Академии плохому не научат

Ты проспала два дня. И я говорил, чтобы ты не не перегружала себя! Так вот, Владыка, как только узнает, если уже не знает, что ты проснулась, устроит вечером церемонию награждения героев битвы, - я изумленно указала на себя пальцем. - Да, и тебя тоже. Без тебя вообще теперь сложно будет что-либо серьезное провернуть, ты успела с дракоятами сильно засветится. Теперь о тебе не говорит только ленивый. Кстати, о драконятах, абсолютно все целы и здоровы. Мамы-драконихи и их семьи вне себя от счастья. Но ты и сама видишь, он обвел пространство вокруг рукой.

Так что давай пообедаем и тебе надо готовится к церемонии награждения.

Ух, ну и суматоха была. На обед набилось столько народу, что вынесли дополнительные столы. Слуги были чуть живые бегая туда-сюда. Вся столовая гудела, как пчелиный улей. Поддерживать беседу я не могла, да и не все знали, что я теперь немая. Рив с Галом, как могли, отбивались от назойливого внимания ко мне. Наконец, не выдержав, я встала, кивнула Владыке и вышла. Тут спокойно мне поесть не дадут.

Близнецы, принц и Рив вышли за мной. Что ж, Лета, жди меня! Надеюсь, у тебя будет немного еды для нашей голодной банды. И она меня снова не разочаровала.

К церемонии меня собирали долго. В помощь Илае дали еще двух служанок. Девушки навели красоту. Завили и уложили волосы, нанесли легкий макияж, запихнули меня в красивое, но неудобное платье, закрывающее горло,но оставляющее открытым плечи. И долго мучили меня, доводя мой образ до совершенства. То локон не слишком хорошо лег, то бантик не ровно завязан.

Если бы я могла кричать, что с воплем бы убежала из этой пыточной. Так что, когда я стояла перед входом в зал, я была уставшая и мне уже ничего не хотелось.

Радовало, что Рив стоял рядом и я точно знала, что если мне станет не пос себе, он не позволит никому и ничему меня задержать хоть на миг дольше, чем мне того бы хотелось.

И, словно в подтверждение моих мыслей он шепнул мне на ухо:

- Если захочешь уйти, сразу дай мне знать, - за что получил очередную благодарную улыбку.

- А еще, ты сногсшибательно выглядишь, - почти коснулся губами моего уха, а я смутилась и покраснела.

За нами стоял статуей слуга, державший на всякий случай писчие принадлежности.

Перед нами распахнулись двери и церемониймейстер громко объявил наш приход. Он даже не заглянул в список приглашенных. Помещение будто накрыло куполом тишины, прекратились все разговоры и все взоры стали прикованы к нам. Меня это смутило жутко. Хотелось развернуться и убежать подальше.