В Академии плохому не научат

Получилась темно-синяя основа, расходящаяся треугольными клиньями кверху и книзу. Но выходить в этом, натянутом на голое тело, а снять его у меня уже не получится, потому что пуговичек и завязочек на нем не предусмотрено, к ребятам я не могла. Так что с помощью Бимали и моей магии мы создали снежный фиксатор тканей, закрывающей разрезы. Получилось просто волшебно, снежинки переливались, как самые настоящие бриллианты. Был один минус, пока не наложено заклинание, я жутко мерзла. Поэтому сделав вверх платья и прикрыв низ простыней, я буквально вылетела к ребятам с криком:

- Стазис! А то я совсем окоченею.

Но вместо активных действий, парни стояли и смотрели на меня.

- Это что? – первым отмер Рив.

Я не вытерпела и рявкнула:

- Снег это! И пока вы тут любуетесь, я в сосульку превращусь. И вся красота растает, - уже грустно добавила я.

- Сейчас, - первым двинулся ко мне Мир, на ходу шепча заклинание.

К нему присоединились остальные и втроем они спасали меня от обморожения. На наше с Бимали заклинание, Рив наложил свое, укладывая снег красивым кружевом.

Когда магическая часть была закончена, мы снова с соседкой заперлись в ванне, приводя таким же образом низ платья в порядок и закрывая не соединяющиеся участки тонким снежным покровом. Было уже не так холодно, потому что пышный подол не прилегал к телу.

Когда вышла в комнату, Кузька торжествующе произнес:

- Ну вот, даже лучше подаренного принцем.

- Угу, - раздалось строенное от мужской половины нашего междусобойчика.

- Чего угу, работайте давайте, - засмеялась польщенная я.

Кузька обиженно буркнул и удалился.

Зафиксировав подол, Рив создал крошечные ледяные кристаллы, основную россыпи которых зафиксировал на талии и немного на остальном платье. Подол сделали шлейфом и тоже кружевным.

Теперь настала очередь туфелек. Я зарылась в шкаф, доставая заветную коробочку, я издала обреченный стон, когда мои синие шелковые туфельки оказались с оторванными каблуками.

- Это жестоко! – вскрикнула подружка.

Все присутствующие в комнате были согласны.

- А нечего всяких проходимцев пускать в святую святых! – наставительно произнес Кузька, внезапно появляясь в комнате и нарушая гнетущую тишину.

- Ты видел, кто это сделал? – вскинулась я.

- Нет, - сокрушенно покачал он головой, - и не догадывался, потому что тогда сотворившему не избежать наказания. – Да-да, все мы знаем прижимистых домовых, что за зернышко всю плешь проедят за расточительность и халатность. – Но когда понятно, где искать, я вижу, - и замолчал.