Тиоли. Время воды

Это сейчас он просто поиграл, проверяя тебя, а в следующий раз может поступить иначе. Что важнее, гордость или жизнь? Я всегда выбирала жизнь. Трудную и серую, но жизнь. И раз уж меня не унесла болезнь — а ведь я была согласна уйти вслед за жаром и бредом! — то никакой дракон с его играми не выведет из себя.

Приняв это решение, я вытерла сухие дорожки слез на щеках и растянула губы в улыбке. Пусть дрожат губы, пусть выгляжу потрепанной и вымотанной, пусть страшно. И пусть Дже Хён и дальше будет измываться надо мной, я постараюсь не показывать своих истинных эмоций.

Да, я ничего не могу ему противопоставить, и прежде всего потому, что он хотя бы знает, о чем говорит и что делает. А я... Магия для меня темный лес.

— Вставай, — велел Дже Хён и сам поднимаясь на ноги. — Пойдем в дом кисэн.

— Что? — тихо пискнула я, ничего подобного не ожидая.

Как это? Зачем? Что я там буду делать? Зачем я там дракону?

— Прямо сейчас? — вместо всего остального спросила я.

Молодой человек смерил меня внимательным взглядом и кивнул своим мыслям:

— Сначала я отправлю записку уважаемой Джин Хо, а потом мы приведем тебя в надлежащий вид.

Я сглотнула и понадеялась, что ухмылка Дже Хёна не обернется для меня неприятностями.

Глава 4

Думая, что дракон пошутил, я глубоко ошиблась. Дже Хён не только не шутил, но и сделал все в точности так, как и сказал. Когда слуга убежал, чтобы отнести послание, господин вернулся в комнатку ко мне и принялся за внешность своей ноби. Он почти ничего не делал, лишь как-то странно водил надо мной ладонью, а я боролась с желанием следить за движениями Дже Хёна взглядом.

— Не пялься, мелкая, — хмуро заметил он и шикнул, вынудив вжать голову в плечи.

Непонятно ведь, что он там колдует. Дже Хёну и без магии ничего не стоит меня пристукнуть, я ведь против него и правда мелкая. Что уж о магии говорить!

Когда дракон закончил, у меня появилось странное ощущение, будто мою кожу покрывает тонкий и совершенно неприятный слой слизи. На ощупь она не воспринималась, но при каждом движении хотелось то плечами передернуть, то рукав оттянуть, чтобы избавиться от отвратительной сырости и холода.

Дже Хён обошел вокруг меня, внимательно оглядывая, будто продавать собрался.

— Мелковат из тебя парень, — с сожалением произнес он, чем заслужил мое удивление.

— Что?

Я вытянула вперед руки и охнула, не узнав ладони. Они стали чуть шире и грубее, с некрасивыми неровными ногтями. Кожа потемнела, как у крестьянина, всю жизнь работавшего на полях.