Пересвет

— А чего такое? — удивился Светлов.

— Я Агашимолу видел, — хмуро сказал Воилко. — Суда у княжьего причала стоят. Так он там на нас смотрел. Родю надо укрыть.

— А зачем бояться его? — Светлов ухмыльнулся. — Можно ведь и чик-чик ему сделать.

Родион качнул головой.

— Нельзя сейчас с татарами ссориться, — ответил он. — Агашимола меня искать станет, он барку владыки наверняка узнал. А не узнал, так подскажут. Чтоб мирно всё было, дождёмся, пока не уйдут татары.

Заплескали вёсла у берега, глухо ткнулась в борт барки лодка-душегубка.

Родя, пригибаясь, быстро и мягко, как кошка, сиганул в неё. Лёг на дно. Парни оттолкнулись, налегли на вёсла. Душегубка по гладкой волне полетела к островам.

— Ты не торопись, — Воилко обернулся к Светлову. — Хочешь, здесь ночуй. А то в избах душно, угореть можно даже без печки. На берегу тоже, смотри, грязь какая.

Да, глинистый берег был истоптан лошадьми и коровами так, что даже травинки не росло. Ямки, бугры. Лучше в самом деле на борту заночевать.

Послышались громкие крики, улюлюканье, свист.

У ворот, сбитых из нескольких жердей, гарцевали всадники. Один размахивал плетью над головой воротника, ещё трое хохотали, глядя на это.

— Видать, Агашимола пожаловал, — негромко сказал Воилко. — Конного его не пустят сюда, всё-таки монастырь, с владыкой татарам ссориться вовсе не с руки.

Светлов нахмурился. Непонятно, и с татарами ругаться нельзя, и им ссориться тоже не стоит. Увидев его недоумевающий взгляд, рулевой пожал плечами: — Худой мир лучше доброй ссоры.

Всадники спешились, бросили поводья воротнику, быстро зашагали к бревенчатым избам, которые, как понял Светлов, и были монастырём. Приглядевшись, он увидал и невысокую деревянную церкву, а рядом с ней, на взгорке, колокольную площадку.

Облокотившись на борт, Светлов закурил, поплёвывая в реку, оглянулся, выискивая лодку с Родионом. Но возле островов плавало с десяток лодок, и понять, где там боярин Дионисия, было невозможно.

Воилко копался на корме, прибирая своё рулевое имущество, Светлов только повернулся к нему и хотел спросить, не пора им перекусить, как по барке сильно ударили.

На берегу стояли давешние всадники.

Один из них, со шрамом на всё лицо, отбросил палку, которой ударил по барке.

«Агашимола, вероятнее всего», — подумал Светлов. — «А на татарина не похож. Вообще они на татар не похожи».

Четверо крепких, довольно высоких мужиков в длинных кафтанах с вышивкой, на боку сабли, кожаные сапоги высокие, выше колен, шапки меховые. Рожи наглые.