Ртутный медальон

Если бы я была Валерианом, я бы потушила бы все одним взглядом, но если я применю силу, то велика вероятность, что мы просто превратимся в пепелище, поэтому я предпочитаю пробовать действовать руками и грубой мальчишечьей силой Эрика. Он, кстати, не так и плох, видимо тяга к жизни открывает второе дыхание.

Мы долбим топором, пока кислород еще есть в легких. В конце концов становится невозможно находиться сверху, дым клубиться именно там, и мы вынужденно ненадолго слезаем, так как от сильного кашля и он и я начали задыхаться.

Его зеленые глаза так сверкают, что я ненадолго засматриваюсь, словно нахожусь не в конюшне, а в горных рудниках, где добывают изумруды. Не знаю, по крайней мере мне кажется, что они сияют также. Мне нравится, что он не боится, его глаза постоянно ищут иной выход из ситуации и это действительно придает мотивации. В итоге он принуждает меня остаться внизу, пока сам наверху орудует топором. Движения уже не такие резвые, и я понимаю, что у нас обоих кончается кислород. Я пытаюсь помочь магией, но огонь только сильнее вспыхивает, обдавая меня жаром.

Почему-то я до последнего не верю, что мы умрем. Страха нет, словно я уже использовала возможность сгореть в пожаре, и теперь в очередной раз судьба этого не допустит.

- Ты слышала?! – он спрыгивает с лестницы, почти потеряв равновесие, и приземляется на ладони. Он крутит головой по сторонам.

Я закрываю глаза и начинаю прислушиваться. Ощущение будто по крыше бьют ветки дерева. Но деревьев рядом с конюшней нет.

- Думаешь нас спасут?! – в моем голосе столько надежды, что на лице мальчика появляется досада. Он должно быть и сам был не прочь поверить в это, но хоть кто-то из нас двоих должен был сохранять остатки реализма.

Он пожимает плечами, и мы практически ползком добираемся до источника звука. Я не могу понять, что там находится из-за дыма, но кажется Эрик, осмотревший конюшню еще прошлой ночью, понимает, что происходит.

Мы уже не в состояние кричать, поэтому из последних сил доползаем до дымохода, поднимающегося к крыше от камина. Кто бы мог подумать, что у них даже в конюшне он есть. Эрик берет в руки топор и начинает стучать железным концом по каменной кладке. Звук получается громкий, но треск пожара его все равно немного глушит.

В моей голове вертится осознание, что если это не помощь, то мы потеряли возможность выбраться, уйдя от окна.