Зимний Бал Иллюзий

Туда, где закутавшись в белоснежную шерстяную шаль, можно было засыпать под тихие песни метели.

Белый шелк вечернего платья мягко охватывал девичье тело, сверкая и переливаясь в свете огней подобно кристальному льду. Волны платиновых волос плавно шевелились и извивались, пропуская через себя потоки северного ветра с мелкими снежинками. Холодная, красивая, гордая… Ее с легкостью можно было принять за ожившую статую Древнейшей – исчезнувшую супругу Создателя. Поговаривали, кстати, что именно по ее образу и подобию он лепил Зиму.

Первым на танец девушку пригласил бог Подземного мира. Циничный и грубый, он с особым наслаждением прикасался к хрупкому телу, обжигая своими руками. Для неё этот танец был мукой, но увы, отказ считался смертельным оскорблением. А врага в его лице Зима совсем не хотела.

– Моя снежная девочка, – голос так и сочился медовыми нотками, пропитанными магией обольщения, – ты сегодня просто сияешь на фоне всех этих старых развратниц!

– Для нас нет понятия времени и возраста, дорогой брат, – холодно ответила Зима, стараясь отстраниться от пылкого кавалера.

– Красивая и мудрая, – ничуть не смутился Подземный, снова пылко обнимая свою жертву.

– А как считает ваша супруга? – съязвила девушка, искренне наслаждаясь его помрачневшим лицом.

– Давай, милая, не будем о ней? Этот танец для тебя и все мои мысли лишь о тебе. Скажи, если бы я предложил тебе…

К счастью, договорить бог не успел – мелодия затихла, чтобы перерасти в новый танец.

Ночь – её любимое время суток. Дивное небо, усеянное миллиардами ушедших людских душ, всегда завораживало и манило. Безмолвный лик серебряной луны, неясно освещал обширные земли, раскинувшиеся под плавающим в облаках замком Верховного Бога. В её распоряжении была вечность.

Неясный шорох за спиной заставил обернуться, чтобы тут же угодить в капкан мужских рук. Бог Подземного мира, довольно улыбаясь, провел ладонью по платиновым волосам Зимы, с удовольствием касаясь влажными губами нежной кожи щеки. Девушку передернуло от отвращения, но она оставалась спокойной. По крайней мере – внешне.