Фея для лорда тьмы

Не удивлюсь, если сам Дарквуд и заманивает грибников в непроходимые места ради развлечения, а те, заблудившись в дремучей чаще, потом бродят по округе, пока не обессилят окончательно и не потеряют сознание. Говорят, именно в таком состоянии недавно нашли кое-кого из пропавших. А когда те пришли в себя, выяснилось, что у них не только полный упадок сил, подлежащий длительному восстановлению, но и потеря памяти.

«Понравилось быть белкой, балансирующей на ветке под прицелом стаи охотников?» — задал странный вопрос лес.

— Эр-р-рилин, — рыкнул Хэйс, об которого я нечаянно ударилась затылком.

— Простите, мерсир, — пробормотала виновато, хотя больнее было мне, чем этому «каменному» типу. Хэйс промолчал, приняв очередные извинения, а Борг навострил уши, прислушиваясь к нашему короткому диалогу.

«Отнюдь, — заявил Дарквуд, выждав, когда наш с Хэйсом обмен любезностями закончится. — Просто напоминаю, каково это… быть несправедливо обвиненным».

— Значит, причастен, — сорвалось с моих губ.

— Кто причастен? — заинтересовался милорд Хэйс, старательно молчавший почти всю дорогу.

— Дарквуд, — вздохнула я и попыталась обернуться, чтобы посмотреть на лорда, но он пресек мой маневр, снова прошипев:

— Не ерзай, Эрилин Каро, или дальше пойдешь пешком. — Ну вот, перешел от просьб и предупреждений к угрозам.

Я поджала губы и крепче вцепилась в седло, чтобы не свалиться с монстра. Хотя надо отдать Боргу должное, двигался он ровно — нас не трясло, а всего лишь слегка покачивало в такт звериным шагам. Мы ехали, практически не разговаривая, сидели рядом друг с другом, но Хэйс не стремился завязать беседу, я — тем более. И от этой неловкой близости, как и от молчания, мне тоже было неуютно! Хоть бы о птичках поговорил, что ли. А то сидит, сверлит мрачным взором мой затылок и думает непонятно о чем.

«Его тоже ждет великая и ужасная месть фейри?» — поддел меня Дарквуд. «На великую и ужасную он пока не заработал, — фыркнула я. — Ты — другое дело. Может, расскажешь хоть что-нибудь о тех серых тварях на болотах?» — «Увы», — вздохнул лес и опять ушел в глухую несознанку. И почему я не удивлена?

Он заговорил со мной, только когда мы отъехали на достаточное расстояние от условной границы темного поселения.