Поцелуй феи. Книга1. Часть3

– Ну, теоретически мы возможно могли бы вернуться, – поделился мыслью Рун. – Вряд ли после жабы барон рискнёт тебя снова обидеть.

– Ах, заинька, после того, что произошло, никак мне нельзя возвращаться в деревню. Это его земли. Я тут в гостях. И гость я ныне нежеланный. Да и сама тут не хочу быть.

– Насчёт нежеланной я бы поспорил, – возразил Рун. – Признает, что был неправ, прощенье вымолит с великою охотой, как мне кажется, помиритесь, и будет снова перед тобою расстилаться в любезностях, и радоваться этому.

– Может и так. Но я его боюсь. Я ему больше не верю, Рун, – с сожалением сказала Лала. – Он непорядочный. И за тебя опасаюсь. Вдруг он тебе худое причинит. И люди ваши тебе зла желали. Увидят нас снова вместе, что если опять гневаться на тебя станут? И как обниматься теперь при них, когда ты по их мнению уже мне не жених?

– Тяжело тебе будет, солнышко моё, по лесам неделями летать, – заметил Рун.

– Не тяжело. Если будет к кому прижаться на ночь, – горячо заверила Лала.

– Это сколько хочешь, – улыбнулся он.

– Милый, ты уже покушал? – поинтересовалась Лала многозначительно.

– Ага.

– Тогда давай ложиться.

– Да рано же ещё. Не заснуть, – весело отозвался Рун.

– Я очень-очень устала, мой котик, – поведала Лала чуть иронично, но всё же с нотками мягкой искренности в голосе.

– Сейчас.

Рун убрал остатки еды в сумку, отряхнул кусок материи от крошек.

– Ложись, моя красавица, – молвил он ласково.

Крылышки Лалы сразу опали, она улеглась на куртке. Рун укрыл её материей и сам лёг рядом.

– Ла-лала-лала, – замурлыкала она тихонько.

И столько было светлой радости на её личике, и столько счастья простодушного, и бесконечность теплоты, и приязни, и трогательной доверчивости. Много всего. Словно ребёнок, у которого осуществилась самая заветная самая бесхитростная и добрая мечта. Ну вот что-то такое.

– Странные вы всё же существа, – усмехнулся Рун. – Феи объятий.

– Что-то у тебя опять сердечко зачастило, как в наши первые дни, заинька, – невинно побуравила его Лала сияющими глазками.

– Волнительно, – вздохнул он. – Отвык.

– И что же тебя так волнует, суженый мой?

– А вот догадайся, – с юмором ответил он.

Лала долго смотрела на него приветливо, ничего не говоря, а потом вдруг её взгляд стал каким-то особенно беззащитным.

– Любимый.

– Что, голубка моя?

– Ты никогда не хотел… прикоснуться ко мне… там где нельзя. Пока я сплю? – спросила она мягко, продолжая глядеть ему в глаза.

– Вот те раз.