Не шутите с дочерью кузнеца!

Я еще раз мысленно поблагодарила Адению, без ее помощи, вернее, без помощи Эйнела мне бы пришлось сегодня очень трудно. Впервые за долгое время я мылась с острым чувством наслаждения, горячая вода текла ровным потоком, и мне не приходилось бегать к очагу за новым нагретым ведром.

Как-только я вышла из ванной, ищейка подал мне платье и после того, как я переоделась, занялся волосами, собрав их в узел на затылке и закрепив его траурной лентой.

– Конечно, вы не знали леди Карлотту, но традиции никто не отменял.

В течение полугода вы будете соблюдать траур, поэтому основные оттенки вашего гардероба – синий, лиловый, темно-зеленый и несколько черных платьев для официальных церемоний.

Я посмотрела в зеркало, глубокий синий цвет делал мое лицо более бледным, чем обычно, а непривычная прическа подчеркивает скулы. В общепринятом смысле я не была красавицей. Если у мамы была очень утонченная внешность, изящный нос и небольшой подбородок, то я пошла в отца. Широкие, кое-где грубые черты лица, высокий рост и фигура по типу треугольника.

Причем самая широкая в ней часть – плечи. Добавьте сюда темные, местами выгоревшие на солнце волосы и карие глаза. Естественно, на фоне белых и худеньких леди я буду выглядеть неуклюжей громадиной.

– Следуйте за мной, – Эйнел почтительно открыл дверь, оторвав меня от самолюбования в зеркале.

– Надеюсь, завтрак будет отличным, – я расправила плечи и мужественно шагнула в коридор. Я не сомневалась, что о гибели леди Карлотты уже судачат, тем более, мое появление во дворце не осталось незамеченным.

Еще бы, наследница первой фрейлины! Как мне все это выдержать?

Перед входом в столовую у меня задрожали колени, я остановилась прямо напротив дверей и глубоко вздохнула. Чертов ищейка расценил это как проявление слабости и придал ускорения, толкнув в спину, поэтому в столовую я ввалилась, вместо того, чтобы войти красиво и не торопясь.

Судя по испуганным выражениям лиц фрейлин, впечатление я произвела. И так же по быстро отведенным глазам, можно было понять, что они действительно сплетничали.

– Леди Линалия фон Артейх! – пробасил Эйнел и отодвинул стул, приглашая меня присесть.

– Здравствуйте! – после приветствия, я умудрилась сесть ровно и даже практически беззвучно. Ищейка подал мне приборы и салфетку, а потом почтительно кивнул и скрылся за дверями столовой. Его уход, открыл новую степень любопытства. По дворцовым правилам, свой личный камердинер был положен только фрейлинам из первого звена.