Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Лета идут, старики моложе не становятся, им бы подсобить кому. Коли вот такую младу, аки Малуша, приведу – меня люд заклеймит, мол, приженил к себе девку. Другое дело мать с чадами. Коли не брезгуешь, иди ко мне в наём.

— Брезгую? — горько усмехнулась женщина. — Вы нас из рабства выкупили. Сейчас бы скребла пол вельможе какому да корке хлеба радовалась. Посему за любую работу возьмусь. Помогать таким же тархтарам, аки сама, жить в граде великом да на речи родной молвиться – радость непомерная.

Ивар улыбнулся ей, потрепал кудри мальчика, устроившегося на материнских коленях.

— Как звать тебя, труженица?

— Томила Гудимовна.

Переведя взор с Томилы на Волота, Малуша боязливо коснулась его рукава.

— А у тебя тоже дом пустует, али жена с чадами сама управляется?

— Я не женат, — широко улыбнулся витязь.

— Ага, его токмо волоком под венец тащить, — вновь пробурчала лучница.

— Спи, Радмилушка, спи, — осёк Волот. — Мне ещё не можно, Малуша, а так я о семье грежу.

— Да ладно? — протянула Радмила, открыв один глаз.

Ухмыльнувшись, Малуша обратилась к Умиле, приметив, как та нежно обняла руку Баровита.

— Небось тебе вскоре помощь понадобится с чадом. Я бы с радостью за хозяйство взялась. Муж вона как тебя любит, ревновать тебе не пристало.

Умила округлила глаза, отчего Малуша сразу замолчала. Волот с трудом сдерживал смех, и даже Радмила, казалось, хихикнула в ладонь.

— Ты бы прислушалась, Умилушка, — не сдержавшись, шепнул ей на ухо Баровит.

— Вот, сестрица, златые слова, — разразился Волот, наблюдая за тем, как румянец ползёт по щекам омуженки.

Вскочив с лавки, Умила нависла над братом, отвесив ему подзатыльник, прошипела:

— Пойду тятьку найду.

Под хохот брата омуженка стремительно направилась к шатру.

— Я лишнее сболтнула? — испуганно пролепетала Малуша.

— Нет, ладно всё, Малуша. Не тревожься, — улыбнулся Баровит, бросаясь за Умилой.

— Как же? — обратилась к Волоту девушка. — Они так ласково смотрели друг на друга, неужто я ошиблась?

— Да, — буркнула Радмила.

— Нет, — заверил Волот. — Права ты во всём.

— Что? — едва не подавившись удивлением, Радмила вмиг перевернулась. Навалившись на плечи друга, всмотрелась в лукавые серые глаза. — Баровит Умилку замуж позвал? Она ему люба?

— Тише ты, — шикнул Волот, накрывая ладонью губы лучницы. — Люба, да.