Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

Выплёвывая кровавые сгустки, Лунвэй закрутился на травяном настиле. Приступ рвоты завершил попытки отделаться от мерзких сгустков. Отдышавшись, колдун приподнялся на локте, осмотрелся – лес, болото. Нервный смех вырвался из груди, но тут же иссяк, поглощённый сильным кашлем. Обняв трухлявый пень, старик пытался восстановить дыхание. Страх всё ещё бился в висках, холодил спину.

«Неужели я в плотном мире? Неужели я вернулся?»

Колдун закопался в суме, позвякивая всевозможными склянками. Нужный бутыль нашёлся не сразу.

«Ну ничего, — подумал он, — раз вглубь больше нельзя, то буду охотиться на мели».

Вцепившись в пень, старик оторвал кору. Жирные личинки предстали перед ним. Улыбнувшись своей находке, Лунвэй поддел их дрожащей рукой и сразу же запихнул в рот.

«А эти девы хороши, — прожёвывая извивающийся завтрак, подумал старик, — особенно та, что живая.

***

Крошечным цветком горела лучина, стараясь выгнать мрак из тёмной опочивальни. Её скупой свет касался мужественных черт хозяина, являя печаль на его лице. В комнате Волот находился не один. Сидя на кровати, уперевшись затылком в стену, витязь пытался объяснить другу что же его терзает.

— Глас… он изводит меня. Звучит из Нави, я не могу до него добраться.

Широкая тень подалась к лучине, слабый огонёк отразился в медовых глазах.

— Ты не войдёшь в Навь, — сказал Баровит. — А коли войдёшь, то не воротишься.

— Знаю.

— Глас один али их много? — подумав, спросил Зорька.

— Сначала нянька звала, — пытаясь вспомнить каждую мелочь, заговорил Волот, — опосле глас стал чужим, раздвоился.

Баровит приблизился к другу, всмотрелся в его глаза. Долго прислушиваясь, всматриваясь в серую радужку, пытался уловить присутствие потустороннего.

— Нет рядом с тобой никого из Нави, ни почивших пращуров, ни посланников Мары, — заключил Зорька.

— Нянька? — нахмурился Волот.

— Мало кто, окроме неё, смог бы взывать к тебе.

— Отчего она к тебе не взывает? — ещё больше нахмурился витязь.

— По крови зовёт, — выдал друг.

— Как? — ухмыльнулся Бер. — По крови мы не родня.

Баровит задумался, вновь прислушался к ощущениям.

— Отчего-то мне всегда казалось, что ты её кровь.

— Отец наш ей брат по духу, аки я тебе, — покачал головой Волот.