Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Как-то не хочется мне в присутствии Фарлея выкладывать все подробности нашей мимолетной встречи. Во-первых, Аннабель была настолько пьяна, что с трудом на ногах держалась. А во-вторых, она прямо сказала, что ничуть не жалеет о смерти мужа. Вряд ли об этом стоит слышать Фарлею.

— Я сказала, старый паук сдох — туда ему и дорога, — неожиданно за меня ответил женский голос.

От неожиданности опустевшая бутылка сама собой выпала из пальцев Ричарда. Но не разбилась, а покатилась по ковру, оставляя после себя дорожку винных капель.

Кресло с высокой спинкой, стоявшее около камина, со скрипом повернулось. И с немалым удивлением я увидела, что в нем сидит сама баронесса Аннабель.

Получается, все это время она была здесь, в комнате? Но я ведь осмотрела гостиную перед тем, как залезть Ричарду в сумку! Правда, на проклятое кресло не обратила внимание. Оно стояло в самом темном углу, поэтому, должно быть, я пропустила его.

Мои щеки невольно потеплели от стыда. Ох, надеюсь, Аннабель не видела, как я шарилась в сумке ее сына!

— Мама! — укоризненно воскликнул Ричард.

— А где я еще могу быть? — Баронесса печально улыбнулась. — Этот дом — настоящая темница для меня. Я задыхаюсь в его стенах!

И с такой силой рванула жемчужное ожерелье на своей шее, что порвала его. Бусинки весело запрыгали по полу, однако Аннабель словно не заметила этого.

— Теперь ясно, почему мы обнаружили амулет связи на полу, — негромко проговорил Фарлей, ни к кому, в сущности, не обращаясь.

Ричард недовольно глянул на него, затем опять перевел взгляд на мать.

Судя по всему, за время, прошедшее с момента моего появления в доме, хмель немного выветрился из ее головы. Но не полностью. Аннабель стояла на ногах все еще нетвердо, покачиваясь. Но хотя бы не цеплялась за мебель в попытке не упасть.

Ричард нахмурился, наверняка поняв, что его мать, мягко говоря, нетрезва. Подошел к ней и ласково обнял.

Аннабель расплылась в широкой улыбке.

— Я так рада тебя видеть! — воскликнула она. — Ричард, мальчик мой, как же я рада! Теперь ты останешься здесь, со мной? Ведь правда? Паук сдох. Мы освободились от его власти!

И пьяно всхлипнула.

— Мама. — Ричард недовольно поморщился и отстранился. Пытливо заглянул ей в лицо. — Мама, ты что, пила?

— Совсем капельку, — виновато призналась она. — Капелюшечку. Хотела отпраздновать радостное известие.