Улицы разбитых артефактов. Череп в холодильнике

Даже с порога было видно, каким количеством официальных печатей пестрело послание.

Неуемное любопытство всегда входило в число моих главных недостатков. До безумия захотелось подойти и прочитать, что же за письмо пришло Ричарду. Но я сдержала свой порыв. Если мой старший компаньон узнает об этом, то без грандиозного скандала точно не обойдется. Ричард терпеть не мог, когда я совала свой нос не в свои дела.

Поэтому я еще раз кинула заинтересованный взгляд на записку и повернулась к ближайшему стеллажу, с чьих полок гирляндами свисало всевозможное барахло.

Приглушенно ругаясь, я принялась искать. Передвинула несколько бумажных коробок, кашляя от поднявшихся в воздух клубов пыли, и через пару минут нашла искомое.

Белоснежные лайковые перчатки из тончайшей кожи на вид выглядели как абсолютно обычные. Но я знала, что Ричард в свое время немало потрудился над ними, зачаровывая. Теперь они совершенно не пропускали магическую энергию, то есть, если надеть их — то можно безбоязненно брать в руки самые опасные амулеты и артефакты.

Спустя несколько секунд я уже была в своем кабинете и гордо протянула Ричарду находку. Дождалась, когда он возьмет перчатки, после чего, даже не пытаясь скрыть неудовольствия на лице, принялась отряхивать черное приталенное платье, запачканное после поисков.

Посетитель следил за моими действиями с язвительной усмешкой. Благо, что ничего не говорил, видимо, испугавшись вновь схлопотать какими-нибудь чарами.

Ричард натянул перчатки и осторожно открыл кошель. Вытряхнул на стол его содержимое.

Золотые монеты блестящим нескончаемым потоком хлынули на сукно. Не удержавшись, я завистливо вздохнула. Ого! Да тут целое состояние! Остается вопрос: зачем этот волосатый и толстый мужик таскал с собою столько денег?

— И это все мое?

Посетитель не удержался от восхищенного вздоха, мгновенно перестав буравить меня насмешливым взглядом. Подался вперед, но руки при этом предусмотрительно держал на коленях.

Ричард проигнорировал вопрос, аккуратно копошась в груде монет. Неожиданно он замер и поднял одну из них в воздух, пристально вглядываясь в нее.

Я прищурилась, пытаясь понять, что его так заинтересовало. Вроде бы, монета, как монета. Правда, блестит слишком ярко, как будто ее долго и упорно начищали.

— Ага, — обронил Ричард, хмурясь все сильнее и сильнее.