Девушка для дракона

Проклиная Кимира и Ашель, из-за которых он отвлекся от поединка, дракон поднялся с обломков раздавленной под его весом корзины и принялся напряженно всматриваться в светящуюся пелену. Его опасения не подтвердились. Когда чары рассеялись, он узрел не блондинку, гордо стоящую над обгорелым трупом соперницы, а брюнетку, нагло сидящую верхом на поверженной эльфийке.

— Эм? — почесав затылок, пробормотал Арэт.

— Так что ты там говорила про «твоего» мужчину, болезная? — поинтересовалась Ирридия, затем подцепила кончиком пальца каплю крови со лба соперницы и демонстративно облизнулась.

Кори-эль задергалась, пытаясь скинуть с себя нахалку, но обнаружила, что не может пошевелить ни руками, стиснутыми холодными пальцами брюнетки, ни ногами, на которых та бесцеремонно устроилась. — Давненько я эльфятинки не ела! — хищно ухмыльнулась соперница, обнажая острые клыки. — Стоит попро… Ай! — воскликнула она, зло взглянув на того, кто посмел швырнуть в нее цветы… с водой. — Ты вмеш-ш-шалас-с-сь, — зашипела мокрая и злая эмпира, продолжая удерживать притихшую эльфийку. Тоже мокрую, ибо жидкости в вазе оказалось много, так что досталось обеим девицам.

— Я? — изобразив удивление, переспросила Ашка и, задумчиво посмотрев на фарфоровый сосуд в своих руках, аккуратно поставила его на пол. — Я просто хотела… хотела… подарить букет своей фаворитке в этом незабываемом сражении, то есть тебе! Вот этот, — она указала пальчиком на свисающую с плеча брюнетки растительность. — Красивые цветы, правда?

— Я имею право вызвать тебя на дуэль, — зловеще проговорила Ирридия, внимательно изучая внешность девушки.

— А я имею право отказаться, — взяв под руку подошедшего к ней Кимира, ответила Ашель.

— А я имею право попросить вас закончить балаган, ибо мой кошелек не бездонный, леди! А платить за погром вы вряд ли станете сами, — встав с другой стороны от изобретательницы, проворчал Арэт.

— Как скажешь, красавчик, — не стала спорить эмпира. Она вообще выглядела какой-то дерганой. От былой собранности и веселости не осталось и следа.

Отпустив Корделию, брюнетка спрятала за спину начавшую неметь руку, а второй от души врезала эльфийке по симпатичному личику и, оставив росчерк своих когтей на холеной щеке, поднялась. Поверженная блондинка, схватившись за пострадавшее место, охнула, потом выругалась, а потом… предпочла красиво упасть в обморок, ибо растратила на последнее заклинание почти весь свой магический резерв. Вот только, несмотря на ее ожидания, «ворона» не умерла.