Ее немагическое величество

Я уже даже несколько рольдо увидела – самую большую денежную единицу Ронариса.

Через пару часов примчался Ликар:

– Анна! Пошли на вечернюю службу!

– Отстань. Больше я туда не сунусь.

– Да ладно, он ушел.

– Как ушел, так и вернется.

– Да не вернется, точно тебе говорю! Он понял, что я парень, так что все в порядке. Сейчас его там нет, а ведь уже время службы. Да и потом, – понизил он голос, – тебе ведь самой больше нравится петь, чем тут с тестом возиться.

– Ладно, – проворчала я, признавая его правду, – только ненадолго.

В храм мы зашли с опаской. Но нашего незнакомца там действительно не было. Мы зашли за ширму, и я затянула:

– All by myself, I don`t need anyone at all… – Мои песни снова пользовались успехом. Да и народу уже было явно больше, чем раньше. Причем никто не расходился. После исповеди и молитв просто стояли у алтаря и слушали меня с блаженным выражением на лице. Может, бросить кухню окончательно да податься в певицы? Нет, я понимала, что пою средненько. Но, видимо, на мой голос здорово влияла шикарная акустика помещения и общий духовный подъем людей после очищающей исповеди и молитв.

– Hakuna Matata! What a wonderful phrase! Hakuna Matata! Ain’t no passing craze… – перешла я на знакомые мультфильмы, сильно замедлив исходный оригинал. Вдруг прямо посреди песни дверь ширмы распахнулась, и на клирос ворвался тот самый задохлик:

– Ага! Так вот кто это поет!

– Что вы себе позволяете! – возмутился Ликар, я же от неожиданности осталась стоять столбом.

– Мальчик, я сын графа фон Болуара, если ты не в курсе, – спесиво продолжал мужчинка противным тонким голосом, – того самого Болуара, который нехило так жертвует на вашу церковь ежемесячно! Так что не советую разговаривать со мной в таком тоне!

– Простите, но вы срываете службу! – отмерла я. – Извольте вернуться в зал.

– Я изволю делать только то, что я пожелаю, – повысил свой визгливый голос граф, – а я желаю немедленно поговорить с вами.

– Простите, это невозможно, – сменила я тактику, мило улыбнулась и похлопала ресницами, прикинувшись блаженной, что всегда действовало на хамло мужского пола, – я просто обязана продолжить служение Пресветлому, иначе мне не будет прощения до конца моих дней! Прошу, позвольте мне петь дальше, возможно, чуть позже мы с вами обсудим все, что пожелаете.

– А… М-м-м… Хорошо, я подожду, – несколько опешил граф и ретировался, оставив нас с Ликаром в полном шоке.