Берендей

Он не часто видел мертвых, но они не вызывали у него приступов тошноты, как у обычных людей: он, как зверь, испытывал небывалую тоску при виде мертвого тела. Так собаки воют, если чуют мертвеца. И они выли, подняв морды к небу. Негромко, тягуче и страшно.

Но вид этого тела заставил Берендея содрогнуться. Он был бером, но при этом не понимал, как можно есть человеческую плоть. Его внутренняя гармония дала трещину и рассыпалась на глазах, как стена от взрыва превращается в песок. До этого он всегда разбирался в мотивах зверя, а в этот раз натолкнулся на то, чего постичь не мог.

Желудок сжался в комок, и от запаха крови поплыла голова.

— Да. Это его одежда, — Семен нагнулся и дотронулся до закоченевшей руки, — и печатка на руке его.

Берендей удивился, как легко Семен прикасается к телу.

— Что смотришь? — раздраженно бросил ему Семен. — Мент я. Повидал такого...

Он перевернул тело лицом вверх. Лицо было съедено, и обглоданный череп блеснул на солнце белыми, ровными зубами.

— Да уж… — Семен качнул головой.

— Что я отцу-то его скажу?

— Тело нельзя здесь оставлять, — сказал Берендей, — медведь может вернуться, и вернуться в ближайшее время.

— Напрасно ты девчонку взял, — ответил на это Семен.

Берендей и сам давно это понял. Как только догадался, что это бер.

Он вернулся к Юльке.

— Не ходи туда и не смотри, даже если тебе очень любопытно, — он ласково взял ее за руку, и она кивнула.

— Садись, — Берендей очистил толстый пень от снега. — Нет, садись сюда лицом. И отдыхай. Я минут сорок могу провозиться.

— А что ты будешь делать? — с испугом спросила Юлька.

— Волокушу.

— Зачем? — удивилась она, но поняла до того, как он ответил. И побелела.

— Ничего не бойся, — он погладил ее по щеке.

— Тебе помочь? — спросила она.

— Не надо. Отдыхай. Я бы понес тебя домой, но, боюсь, не смогу. Так что набирайся сил.

Чем больше старый берендей Макар Степанович узнавал людей, тем сильней любил животных. Люди, которых он встречал, по большей части были браконьерами. Они приходили, чтобы убивать.

И иногда Макару Степановичу казалось, что весь мир людей состоит из браконьеров, которые не знают других удовольствий, кроме этой кровавой забавы. Ведь не ради куска хлеба приезжали они в лес, не за теплой одеждой, а только ради своего тщеславия и желания доказать что-то друг другу.

Всю жизнь он работал лесником в карельских лесах. Менялась власть, переползала туда-сюда граница. При царе была Россия, стала Финляндия, потом снова Россия, только теперь уже советская.